Category: 18+

Двоесловие фобов о педагогической диктатуре (18+)









Тихий летний вечер 17 июля… дайджест из воображаемой дачной беседы…

"Исламофоб": я очень сожалею о поражении военного мятежа в Турции… Странам исламского мира для развития необходима твёрдая и сильная власть авторитарных модернизаторов, альтернатива – коррумпированный застой или власть фанатиков и соскальзывание в Средневековье…

"Русофоб": но власть Эрдогана довольно авторитарна, что не помешало ему за полтора десятилетия обеспечить Турции грандиозный экономический и социальный рывок – страна опередила по развитию Грецию, а по тактической мощи армии – Россию… При этом его финансовая политика была с одной стороны "здоровой", а с другой, фискальной, весьма мудро-поощрительной – для бурного роста малого и среднего бизнеса, для формирования многочисленного среднего класса…

"Исламофоб": так мы докатимся до похвал иранским аятоллам, которые действительно приняли страну с деревянной сохой, а довели до статуса почти-ядерной державы… создали мощную точную науку и огромный по-западному просвещенный средний класс… загасили революционный тоталитаризм, плавно введя Иран в некую разновидность "оттепели" и ранней перестройки, того, что не удалось Горбачеву – создать реально конкурентную многопартийную демократию, которую ЦК партии способен удерживать в рамках "развития и совершенствования социализма"…

"Русофоб": но почему при этом так бояться "исламизации", которая в Турции значительно уступает в масштабах "православизации" в России и не сильно отличается от католицизации в нынешней "четверной Польской республике"…

"Исламофоб": прежде всего, христианские церкви в современном мире в случае чего очень просто нейтрализуются государством – слишком хорошо им дали завязнуть в истеблишменте… совсем иное – ислам с его вековой привычкой открыто давить на власти и опорой на энергию верующих… и при этом материальной неуязвимостью – там, где мечеть не является государством само, как в Иране, у неё нет собственных бизнес-империй или земельных владений, мулл и кади легко смогут содержать сами прихожане… опасность "эрдогановских" дозированных исламизаций как раз в том, что они отвечают устремлениям людей, уже выбившихся из средневековой нищеты и бесправия, существенно урбанизированных, получивших доступ к плодам европеизации, но в результате испытывающие кризис идентичности… продолжая мысль Григория Померанца, для них исчезла понятная привычная вселенная родного села или махаля (квартала), а в мире мегаполисов и тем более открытыми радио, ТВ и интернетом Ойкумены… им страшно, неуютно, они чувствуют свою относительную отсталость и бедность… и компенсируют это особой горячей преданностью "вере отцов" и причастностью к духовному первородству, к невидимому, но огромному сообществу верных… таким был довоенный большевизм с его интернационализмом и послевоенный коммунизм Восточной Азии и Латинской Америки… дозированность как раз и открывает дверь к фанатизму… то, что государство десятилетиями поносило как невежество и причиной исторической отсталости вдруг объявили источником нравственной силы и стержнем идентичности…

"Русофоб": соглашусь и разовью пример… большевики всячески боролись с национализмами и русским патриотизмом, рассматривая их как бомбу под многонациональный социализм и вестернизацию… вынужденная ревизия отторжения патриотизма и православия в 1941 году очень быстро привели к эволюции в послевоенный сталинский нацизм, волне провалившихся хрущевских антицерковных кампаний, а затем – к отражённому, но опережающему росту национализма меньшинств, прикончившему интернационализм… и частичная реабилитация сталинизма, допущенная в качестве фрагмента общего мифа войны (Сталин-победитель) дважды – в семидесятые и двухтысячные – привела к моральной реабилитации сталинизма – но уже как к репрессивной машине, необходимой для развития великой державы и для сдерживания злоупотреблений и коррупционного разложения элит (Сталин – палач большевизма и номенклатуры)…

"Исламофоб": да... да… модернизация глубоко традиционалистских социумов может быть успешной, только если приверженцы традиций стигматизированы… как враги всего лучшего, как вольный или невольных источник всех неудач… в лучшем случае как комические реакционеры и невежды… как это было в России, начиная с Петра Великого и до Александра Третьего… как это было в 20-30 годы в СССР и в Китае времён Культурной революции, как в Турции Ататюрка, Египте Насера… на общество должны быть надеты шоры – взгляд только вперёд… а любое кокетничанье со стариной объявляется преступлением или извращением… на вестернизируемом обществе должны быть своеобразные шоры, мешающие видеть по сторонам и дышло, мешающее оглянуться… Великий и Ужасный Гудвин должен обязать поголовно носить зелёные очки – чтобы впереди всегда был только Изумрудный город… диктатура должна быть "педагогической" – она должна муштровать трудновоспитуемых, а не подыгрывать их желаниям и фантазиям…

"Русофоб": но из этого в первую очередь следует, что именно современной России нужна строжайшая военная диктатура модернизаторов… спецслужбы в этой роли провалились, потому что привычка покупать и запугивать, играть на страстях, привели к поощрению демагогического заигрывания с ксенофобией, клерикализмом, паранойей и черносотенством… вместо научно-технологического рывка получилось интенсивное выдавливание интеллектуалов и интеллигенции за рубеж… жесточайшее – "кемалистское" – пресечение любого культа традиций, "народности" и прочих рюшечек… цензурный разгром остатков традиционной культуры… русская культура как носитель духа манихейской утопии, отрицания европеизации, как имеющая в себе неизжитый революционизм – потенциально куда опасней исламизма… осталось только сравнить макровоздействие от ленинизма и его производных в виде маоизма, полпотовщины, левацкого терроризма 60-80-х… Халифат по сравнению с КНДР – это царство необузданного либерализма… объявить экстремизмом любое томление по "русской идее", потому что это либо призыв к новой утопической революции во имя бреда социальной справедливости, либо всеобщее выворачивание головы ко временам царя Салтана… русская культура – последний потенциальный социальный сюрприз на планете… вне зависимости от того, каким этот сюрприз предстанет перед изумлённым человечеством – в виде православизированного неосталинизма или несталинистского православия… в любом случае его реализация в 145-миллионной ядерной державе окажется куда опасней даже ираноподобной исламизации Турции или Египта, или чёрный флаг над Дамаском… Россию и мир спасёт только квазикемалистская военная диктатура европеизаторов России – с гонениями на традиционную культуру, французским запретом на публичное ношение символов религии в школе, с протестантской этикой в духе грёз Вебера в виде обязательной госидеологии…

"Исламофоб": не слишком категорично?

"Русофоб": просто логически развиваю аргументы всех сторонников турецкого путча!

"Каспаров.ру" 18-07-2016
(00:21) http://o53xo.nnqxg4dbojxxmltsou.cmle.ru/material.php?id=578BF3D2240DA

Дилетантские рассуждения об истории и современности 18+





I. Почему воевал и отчего пал Рим

Слушал 8 января беседу на «Эхо Москвы»
http://echo.msk.ru/guests/806602-echo/ Виталия Дымарского и Оксаны Пашиной с профессором Юрием Сергеевичем Пивоваровым, и сказал наш историк, что-то такое, что вот Российская империя была агрессивной, а Римская несла культуру. Российская тоже несла культуру, она стала уникальным мостом к вестернизации для Кавказа, для Центральной Азии и для того региона, что стали называть Новороссией (северо-западное Причерноморье).

Я к Риму "дышу неравнодушно" (Храм разрушили), но честно понимаю, что именно Рим открыл дорогу в Европу для эллинской цивилизации (хищная и злобная римская культура расцвела только после эллинизации, начиная со 2 века до н.э.), и на 19 веков дал европейским племенам и народам великий проект создания единого культурного и политического пространства.

Но Рим шёл только за рабами. Рим расширялся в бесконечных войнах. Как только сопротивление Парфии, восстания германцев, британцев, евреев, галлов и даков эту экспансию остановили, громада зашаталась. Всё было просто. Римская империя жила интенсивным сельхозпроизводством теплолюбивых культур, грандиозным строительством и поточным (почти уже мануфактурным) ремесленным производством. Если бы римскоподданные соглашались сидеть на брюкве и ржи, цезари могли бы сделать галлов, германцев, иллирийцев, славян крепостными, обязать их платить оброк и всё было бы хорошо и устойчиво. Но империя развела мегаполисы, строила массу крепостей и приграничных фортов, тысячи километров стратегических дорог, её нужно было море растительного масла и вина, а также пшеницы, в промышленном количестве растущей только в Нижнем Египте и в утопающем в зелени Тунисе (провинция Африка).

Поэтому только постоянные войны давали приток молодых и здоровых парней со всего света, которых десятками и сотнями тысч гнали по цезарским «автобанам» на италийские латифундии и мастерские, везли кораблями через моря на плантации и стройки века… А дальше происходило неизбежное – рабы в неволе очень плохо размножались и мало жили. Девушкам хозяева, а главное – их юные детки делали детей. Но это означало, что ребёнок и мать получали вольную (ночью женщина может потребовать от мужчины всё, а не только статус вольноотпущенницы, да и сын или дочь господина имеют полноценный статус только если они имеют юридически свободную мать). Вольную и средства на обзаведение, разумеется, получал и тот парень или солидный вдовец, который брал бывшую рабыню с бастардом в жены. Приобретаемые на востоке страшно дорогие мальчики-евнухи, не только услаждали хозяина, но поскольку им давали гуманитарную подготовку почти как гейшам, выйдя из возраста и статуса сексуальных игрушек, становились вольноотпущенниками - стержнем бюрократического аппарата – и имения, и провинции, и всей державы…

Под влиянием стоиков, а затем христианства, римские нравы и даже законы относительно рабов изрядно гуманизировались. Отпускать на волю рабов стало просто хорошим тоном. В результате всей этой ротации рабы непрерывно вскакивали в социальные лифты… И в результате империя должна была непрерывно рваться в шире, воюя по всем азимутам, чтобы всё больше и больше рабов поддерживали её народнохозяйственное развитие. Но всё больше и больше бывших рабов становились основным населением крупных городов. У них не было никакого римского патриотизма, никакой лояльности к римским порядкам и никакого почтения к римской цивилизации, но они были приучены быть внешне лояльны к любой власти, умея виртуозно хитрить и обманывать… 20 тыс. лангобардов могли взять вся Италию, а 20 тыс. бедуинов – всю страну Кофт.



***


II. Почему не так опасен ИГИЛ, как его малюют

Говорил мудрый Юрий Сергеевич и об угрозе ИГИЛ человечеству (скажу сразу – все организации, которую я назову – запрещены, две сейчас – одна давно) с чем я опять-таки не согласился (прошу прощения у чиаттелей, но все мои рассуждения на эту тему – перепевы мои предыдущих публикаций, начиная с октября 2001 года).

ИГИЛ принципиально отличается от Аль-Кайды. Аль-Кайда - это сетевое движение носителей традиционалистских исламских социальных слоев. Эти слои оказались травмированы глубочайшим социокультурным сломом исламской культуры. Их можно уподобить русским стрельцам или казакам, восстававшим против Петра I. Аль-Кайда объявила войну западной цивилизации, создав подпольную сеть, подобно европейским анархистам или русским народовольцам. Цель этой войны не уничтожить Запад (это смешно), но заставить его из ласкового соблазнителя превратиться в свирепого карателя. И эта задача была блестяще решена.

После 9/11 Запад с наслаждением вернулся в эпоху самой яростной и «беспредельной» холодной войны конца 40-середины 60-х. Идеологи Аль-Кайды рассуждали точно также как идеологи левацкого терроризма в Западной Европе за четверть века до них. Тем надо было превратить западную левую интеллигенцию в рекрутов революции, фашизировав либеральные системы ФРГ и Италии.

Вал социальных и демократических реформ, порожденный Революцией 1968 Года, приход в правительства социал-демократов, достигшее пика экономическое чудо необычайно консолидировали западные демократии. Только террор, по их расчетам, был способен превратить Общества Всеобщего Благоденствия в полицейские диктатуры. И тут совестливая интеллигенции и вольнолюбивое студенчество должны были пойти на баррикады…

У «Красных Армий» и «Бригад» их замысел позорно провалился. У Аль-Кайды – блестяще удался. Ислам стал образом врага (как коммунизм в 50-е, а евреи в 20-е), а следовательно, интеллигентные мусульмане должны были от него отшатнуться.

Здесь настало время сказать, почему Запад разрушителен для культур Западной Азии (включая «византизированное» православие). Дело не идеи автономизации личности, поднятую на знамена либерализмом. Исламская личность более персоналистична, чем индуистская или восточноазиатская.

Западный либерализм нёс четыре главные угрозы традиционализму Западной Азии:
1) идею социального и эротического равноправия женщин, включая право быть инициатором развода;
2) идею социальной и ментальной эмансипации подростков;
3) идею автономии личности от мнения клана и коллектива (идея права народа на восстание против несправедливой власти в исламе, в отличие от православия, сильна и религией санкционирована);
4) идею самостоятельно мировоззренческого поиска, включая переход в другое направление ислама или, вообще, смену религии.


Именно проникновение этих западных идей в любую Незападную цивилизацию (включая Еврейскую) воспринимается как смертельная угроза самому бытию. И поскольку эти идеи в принципе универсальны и объективно «заражают» любую культуру, достигшую уровня персонализма, то для защиты от них незападные культуры стараются не только создать цензурные бастионы, но превратить их во вражеские.
Что касается обещанное разговора про ИГИЛ, то это – следующая и последняя стадия обороны.

ИГИЛ – я обращаю на это особое внимание - пришёл к населению достаточно светскому и урбанизированному, прожившему по три и больше десятилетий в условиях социалистических диктатур просвещенческого толка: к суннитам Ирака (опора Хусейна), суннитам Сирии, суннитам Ливии, на Северный Кавказ.

ИГИЛ – это реакция на полный крах существовавшей модели арабского общества, на стремительную потерю социального статуса. Это стремление создать общество-«перевёртыш», тем более фанатичное теперь, тем более религиозно терпимым они были раньше.
(Нацизм захватил самую культурную и просвещённую нацию Западной Европы; куда более отсталые страны – Италия, Венгрия, Литва, Польша, Испания, Румыния имели куда более мягкие варианты правого авторитаризма и тоталитаризма).

Это стремление просто закрыться от мира и стать убежищем для растерявшихся людей, жаждущих героической, эсхатологической судьбы… Аль-Кайду можно сравнить со структурой Коминтерна, «разрыхляющего» буржуазный мир, а ИГИЛ – с безумием режимов Пол-Пота в Камбодже, Северной Кореи или коммунистической Албании, старавшихся герметически закрыться не только от капитализма, но и от брежневского вестернизированного потребительского тоталитаризма. Из своей культурно-исторической экониши ИГИЛ не выйдет, точно также, как индокитайский коммунизм (вопреки американским страхам) на Таиланд и Бирму, где влияние индийской цивилизации уже пересиливало южнокитайское, распространиться не смог.

Представим себе, что сионизм вдруг мутировал в ужасное террористическое движение, поставившее себе целью мстить европейцам за гонения времён инквизиции и крестовых походов, за соучастие в Холокосте. Совершенно очевидно, что ареал этого движения охватит только и исключительно европейских и североамериканских евреев. И для защиты от него достаточно будет переселить евреев в свою государство – в Палестине, Уганде (на что соглашался под конец жизни отчаявшийся Теодор Герцль), на Аляске (как в великолепной «Союз еврейских копов» Майкла Чабона) и заблокируют там.

Вот в соцстранах в 50-е годы сионизм был строжайше запрещён и беспощадно преследовался, как предельная угроза социалистической идеологии. Что привело к его тотальному распространению в еврейской среде. Но за эти пределы он не вышел.