Category: политика

ПРИГОРШНЯ БАНАЛЬНОСТЕЙ О СУДЬБАХ РОССИИ




Чтобы ещё раз разобраться в происходящем я решил собрать вместе некоторые свои рассуждения о судьбах нашего богоспасаемого отечества.

Доминантным процессом является прохождение послеоктябрьской России через следующие этапы: а) универсальная мессианская империя; б) универсальная идеократическая (идейно-оборонительная, с превращением большевизма из псевдорелигии в «русскую идею») империя; в) антизападная геополитическая империя; г) национально-российское государство («соединённые штаты России»); д) национально-русское государство. Последний этап – на стадии становления.

Ст
рах оппозиции и подсознательное отталкивание ею ислама означает, что при формировании русской политической нации мусульманские ареалы в Поволжско-Уральском регионе и на Кавказе окажутся вне интеграционных процессов. Переломить эту тенденцию смогут только совместное участие «трудящихся мусульман» в общих с «трудящимися русскими» баррикадных боях с фашизированной версией постпутинизма.


Украине и Грузии очень повезло. Русская либеральная интеллигенция вообразила себя имперской аристократией и в таком качестве стала выбирать - какие именно из имперскоподданных ей более симпатичны. Предпочла киевский Майдан и реформатора Саакашвили. Так граф Толстой предпочёл Хаджи-Мурата, который для него был уже элементом русской цивилизационной ойкумены, другому элементу – генералу Ермолову. А вот тот самый аул «обрекли мечу и пожару» поручики лермонтовы и мартыновы, для которых чечены были немИрными туземцами…

Русская же почвенническая интеллигенция вообразила себя жрецами новой русской идеи. И даже сварганив нечто на гингемовской кухне Проханова, теперь не знает, как уговорить массы этим зельем проникнуться.

Стадия формирования внеимперской национальной идеи требует возвеличивания и усиленной мифологизации. Тут как раз госпожа Васильева так же ко двору, как и господин Мединский. От этого культ чудовищным рюрикоидов, все эти 400 лет Романовых, которые Романовыми были лишь первые полтораста. Я понимаю заполошный ужас фолк-хистори-патриотов: допетровская Русь, как и доевропейские Китай, Индостан, Япония, Индокитай, цивилизации Мезоамерики были лишь изготовителями множества археологических и туристических объектов, а также слабыми и рыхлыми феодальными конгломератами, покоряемыми жалкими кучками европейцев (Русь – изнутри).

Колонизаторам ведь сопротивлялись только дикари: пуштуны, марокканские рифы, намибийские готтентоты и кейптаунские зулусы, кенийские мау-мау, а многотысячелетние рафинированные культуры были идеальной школой покорности…

Если подумать, что тысячи лет чен-буддизма, Ашока, японский дзен оказались необходимы в истории только как формирование читательской аудитории для Сэлинджера!

Даже гандизму Ганди научился от графа Толстого, а не Лев Николаевич – у каких-нибудь махатм в изложении Блаватской! А все ухищрения тысячелетней индийской философии с её пентарным (а не бинарным, как у эллинов) членением бытия – для появления в Индии школы хороших программистов.

Оглядывающим отечественную историю, надо свыкнуться с мыслью, что до попыток создания Данилевским теории локальным цивилизаций, геометрии Лобачевского, романов Достоевского и Толстого – Руси-России на карте мировой цивилизации не было вообще. Все бурные процессы в культуре были лишь «эзотерической» подготовкой к спурту 19-20 веков, когда Россия/СССР (включая эмиграцию) по развитию науки и современной культуры обгоняла дорузвельтовскую Америку и Италию великолепного д. (По технологии впереди были Германия, Англия, Франция, по культуре – Франция, Германия-Австрия, Англия).

Поэтому искателям необходимого для самоуважения национального пафоса, уставших от выбора между изуверами-правителями и монстрами-бунтовщиками, приходится успокаиваться на культе великих солдафонов – палача Варшавы и Измаила Суворова, интригана Кутузова и мясника Жукова…

Те, кто сравнивают число опричных жертв с гонениями на гугенотов, должны вспомнить, что к Варфоломеевской ночи «прилагалась» Сорбонна, к «пороховому заговору» - Оксфорд, к немецким жутким заварухам – Йена и Гейдельберн, к итальянской кровавой каше – университеты Пизы, Флоренции… даже к испанской инквизиции – Саламанка… к хмельнитчине – Могилянская академия… К Русско-Российской резне и деспотии – ничего до самого конца 19 века… И совершенно невыносимо понимать, что всё духовное отличие Руси от Запада ныне – это инстинктивный расизм, дикая гомофобия и глубокая уверенность в праве родителей наставлять на путь истинный своих взрослых детей…

Переварить это, выстроив стройную и апологетическую национальную мифологию – невозможно. От этого так радостно поддержанная окологуманитарными кругами цензура истории и грёзы об «особом пути».

Между прочим, весь Особый путь – это когда уже взявшая путём революции власть буржуазия, добившись либеральной конституции, вдруг добровольно склоняется перед бюрократической и силовой корпорациями.

Русское национальное самосознание сейчас находится на стадии формирования самости трудного подростка. Такие интеллигентский Том Сойер и народный Геккельбери Финн, которых разоблачение Индейца Джо, спасение Беки Тэтчер и негра Джина не избавляют от необходимости глажки рубах, чистки зубов и зубрения не только про пифогоровы штаны, но и про бесштанного Моисея в тростниках…

Беда с национальной идеей вызвана не только тем, что в России уже 111 лет как идёт Идеологическая война, но с постоянными сменами её фронтов…

160 лет назад Эйб Линкольн сравнивал смену позиций бывших консервативных республиканцев (тори) и прогрессистов-демократов (виги) с тем, как сбросившие перед кабацкой дракой свои пОльты пьянчуги, расходятся, случайно обменявшись платьем… Ещё полвека назад Булат Шалвович спокойно пел про «комиссаров в пыльных шлемах», а уже через несколько лет, столичные интеллигенты, потягивая на крымских пляжах портвейн «Алушта», просили поручика Голицына выдать им боекомплект для ликвидации красной сволочи…

Где-то после августа Шестьдесят Проклятого линия от революционно-социалистической интеллигентской традиции пересеклась с жандарско-черносотенной линией… Победа демократии воспринималась как Белый реванш. Потом Путин соединил Сталина со Столыпиным, а также с Деникинским походом на Донбасс и Врангелевской высадкой в Крыму… И бедному Навальному сначала пришлось поиграть в Пуришкевича, а потом – после бирюлювского «кишенёва», в пародию на разоблачителя Бурцева, только разоблачая не Азефа, а неграфа Шувалова…

Бедное «ЯБЛОКО», сделав ставку на последовательный антибольшевизм и антиреволюционизм, в «белоказачью» нишу влезть не смогло бы…

Свободна и старокадетская ниша – где сейчас возьмёшь столько либеральных земцев?!

При этом никто не претендует на благородную позицию меньшевиков-эмигрантов, которые были и против большевизма, и против сталинизма, и против правых монархистов, которых быстренько делили между собой Сталин и Гитлер.

А ведь их демсоциалистическое мировоззрение так было впору демократическим инженерам зари демократического движения!

Впрочем, надо понять простую вещь – на повестке дня у России антифеодальное движение, точнее, антибонапартистское (против Наполеона III), антицаристское…

УКРАИНА МЕЖДУ ИМПЕРИЕЙ И ГИБРИДНОЙ ИМПЕРИЕЙ (В ДВУХ ЧАСТЯХ)






УКРАИНА И ИМПЕРИЯ

Нет и не может быть у современной России более горькой даты, нежели 24 августа 1991 года – дня провозглашения независимости Украины.

Потому что этот день превращает в идеологических банкротов целых три периода отечественной истории.

Забавно, что вся официозная пропаганда сегодня построена на том, что как же должны жалеть простые украинцы о своей независимости (если бы они были «простыми русскими»). Но представим, что акта о государственной независимости Украины нет.

Итак, в декабре 1991 года остаются две союзные суверенные республики – РСФСР и УССР. И значит, остаётся СССР, с легитимным президентом Горбачёвым. Затем, при поддержке союзного центра и реализуя решения Верховного Совета СССР от 23 апреля 1991 года о суверенности бывших автономий, Союз становиться реально обновлённым – его, как скачали бы православыне богословы, «равночестными» субъектами становятся все республики и области.

УССР теряет Крым, но РСФСР – Северный Кавказ, половину Волжско-Уральских пространств, но ещё и ХМАО и ЯНАО, и Якутию-Саха. Москва Ельцина оказалась бы без нефти, газа и алмазов. Только честный, высокопроизводительный труд. А у Киева – чернозём и треть наиболее современного промпроизводства бывшего СССР.

Хорошо бы спросить дорогих ностальгирующих по империи россиян: хотели бы они жить в союзе с Украиной, под властью Горбачёва (и его преемников из ЦК), но с новой границей своёй союзной республики по Тереку и Волге?

Собственно имперско-российская логика такая. Вот обманом удочерил/усыновил педофил сироту – держит взаперти, дрессирует как собачку… Но говорит постоянно – если хочешь бежать, когда-нибудь удастся, но уйдёшь в чем есть, голодать будешь, холодать, придется примыкать к банде бродяг, а там все будут насиловать, и погонять либо на панель, либо – воровать… Лучше у меня в тепле и сытости, и не так уж я и достаю, в конце концов…

Вот и вся логика – никаких больше общих побед и свершений, никакого культурного единства. Три с лишним тысячи лет назад, бунтуя против праотца Моисея, так и говорили: зачем ты увёл нас из Египта, от котлов с мясом?!

В советской комедии есть гениальная фраза, намекающая на этот драматический эпизод в Книге Исхода (второй в Пятикнижии): А в тюрьме сейчас макароны дают!... Вынуждающий (пусть и по заданию оперчасти) продолжать побег Леонов, ещё не знал, что взяв роль вождя «исхода» в кинокомедии, через годы будет вынужден дважды сыграть главу еврейской семьи, обречённой на исход - в Ленкомовском «Тевье-молочнике» и в экранизации шолом-алейхемовского «Изыди».

Но я обещал про банкротство. История Руси-России делится на несколько этапов, главным пафосом и занятием каждого из которых является старательное выкорчёвывание культурного и идейного наследия предыдущего.

В конце того периода, который можно условно называть «Владимирско-Московским» (или «Святой Русью» или последние полтора столетия - «Третьим Римом») Московское царство получило огромный подарок – его вассалом стала Гетманщина – значительная часть бывшей Русской Литвы, с Киевом.

За век до этого Москва воцарилась над бывшим Улусом Джучи, став евразийским царством (царь – официальный титул хана). Теперь произошло символическое объединение двух «крыльев» Киевской Руси, восстановилась Русь Православная как единая цивилизация – альтернативная Западу. Причём, духовную гегемонию в этом царстве отдали Киево-Могилянской академии.

Украинская независимость 1991 года – это признание исторического банкротства проекта Православного Третьего Рима.

Для Петра I новое образование – Россия (специально латинизированное) – это совместный проект русских и украинцев по созданию европейской империи – гегемона Балтии. (Точно также, как глобальная Великобританская империя – это совместный проект англосаксов и шотландцев).

Украинская независимость 1991 года – это признание исторического банкротства проекта Европейской Российской империи.

В СССР сталинского периода русификации и лишению собственной идентичности украинцев уделялось огромное внимание. Украинцев готовили на роль эталонного «младшего брата».

Украинская независимость 1991 года – это признание исторического банкротства проекта «новая историческая общность советский народ».

***

ГИБРИДНАЯ ИМПЕРИЯ И УКРАИНА

Это продолжение «Украины и империи», написанной вчера, 24 августа. В юбилей друзей должно писать торжественно и выспренне, как тост на банкете. Это рассуждение не менее благожелательное, но куда более горькое, в стиле спокойной беседы у камелька, с чарочкой доброй горилки в руках, а виватов за орущим столом, с фужером или рогом…

[помню как более давно, чем РФ и РУ стали суверенными, я был приглашён к родителям будущей супруги моего брата; мать невесты – потомок бежавших в немецкие земли от «драгонад» «солнечного» Людовика гугенотов (выяснил я, сами себя считали немцами), зато отец – армянский аристократ (из того села под арцахским Шуши, из которого родом отец Павел Флоренский, изобретатель спасительного для истощённых узников Соловков крахмального киселя с йодом); и вот с ним – как старшие мужчины кланов - мы «перетирали»; мне был выдан большой красивый бокал водки, у которого вместо ножки, как у ёлочной игрушки, был изящный шарик – «взял рюмку – пей»; я немедленно вспомнил кубок Большого Орла «первого большевика» на Руси, но испытание выдержал достойно, и по итогам собеседования было решено, что Марию Юрьевну можно передавать в эту приличную еврейскую семью, хотя я думал, что мне помогли шляхетские корни…]

Собравшись стать Европой, Украина правильно воспринимает империостроительство как нечто болезненно-порочное.

Но иногда жизнь (всемирная история в журнале «Ералаш») обрекает… Вот в июне 1967 года сухопутной (не путать с заморской) империей стал Израиль. Провалились идеи Теодора Герцля, 119 лет назад, 19 августа (дважды хороший день), добившегося учреждения политического сионизма, что в ответ на лояльное отношение еврейских колонистов, палестинцы станут мирными туземцами и добрыми соседями.

Провалились и идеи еврейских интеллектуалов, включая клан литераторов Смелянских – первостроителей Хадеры и Тель-Авива [ветвь от деда по материнский линии; шалом, Алина!], о возможном духовном еврейско-арабском альянсе в рамках антиевропейского «третьего пути»… - все этим мечтаниям подвел черту Йерихонский погром августа 1929 года, с которого началась история запрещённой сравнительно недавно в РФ «Хизбут…» шейха Иерусалимского Хусейни…

Точно так же июльские (2006) обстрелы севера Израиля незапрещённой в РФ «Хезболлой» в значительной степени прикончили довольно на тот момент мощное еврейское левопацифистское движение.

Так вот, 49 лет назад Израиль стал империей. До такой степени, что на официальных израильских картах линия прекращения огня 10 июня 1967 года изображались неотличимо от признанных госграниц.

Хотя на специальных картах пределы Территорий (чтобы не говорить «оккупированных», «контролируемых»), три десятилетия находящихся под управлением военных губернаторов, разумеется, обозначались… Но поскольку это были земли библейские (былинные), то любое планирование определения их статуса было затабуировано. Аннексия означала получение ещё миллиона-другого густо-антиизральского электората, что в сумме давало возможность за декаду сделать еврейское государство «исламским».

В отличие от бывших республик советской Прибалтике, в Израиле не могли представить механизм лишения 1/3 собственного населения избирательных прав. Триумфатор Моше Даян, как социалист по убеждениям, немедленно после побед и одолений предложил через разведку подобрать произраильские кадры для Палестинского государства.

Палестинское общество было ещё феодальным, и арабские аристократические и купеческие кланы были бы рады найти защиту от социалистического панарабского национализма, орудием которого и выступала Организация Освобождения Палестины (ООП) Ясира Арафата. Но – табу!

Можно было создать конфедерацию еврейского и арабского государств (например, под общим нейтральным названием – Ханаан). Можно было создать автономные области внутри Израиля. Однако, единственное на что хватило фантазии израильских властей – это тайно поддержать исламистов против светских социалистов.
В результате, под прикрытием подпольной борьбы и интифады ООП произвела на Западном берегу «социалистическую революцию», став «ночной властью».

Израилю ещё очень повезло, что либералами ООП стала сама, придя к власти в Восточной части Автономии, оставив при этом Западную (Газу) – ХАМАС. Что же касается эпической коррупции в администрации Рамаллы, то на Востоке без коррупции живут только эпические тирании.

Поэтому сейчас возникла жуткая юридическая чересполосица. Восточной Иерусалим как часть общего столичного муниципалитета, часть населения которого израильские паспорта получила, а часть нет. Голаны, на которых израильское законодательство, но не раздали паспорта. Автономия (неизвестно от чего), разделённая на три ареала – Газа, Иудея (Юг), Самария (Север), между которыми вбиты израильские анклавы – Ариэль и Маале-Адумим, и военная оккупационная зона долины Иордана с анклавом палестинского Иерихона… И малейшая подвижка, хотя бы в попытки правовой унификации, ведёт ко всеобщему взрыву.

И вот теперь, полагая всё предшествующее к качестве притчи, я хочу обратиться с предостережением к украинским коллегам. События 2014 года сделали вас не только жертвой гибридной агрессии, но и обрекли на превращение в гибридную империю.

Конечно, Украине сказочно повезло, свою модель она взяла от первой средневековой «горизонтальной» федерации – Великого Княжества Литовского, Русского и Жемойтского. В отличие от Москвы, смешавшей византийские и ордынские (экспертами по управлению были китайцы) имперские традиции.

Первый шаг к гибридной империи Киев сделал, не придумав привлекательной административной упаковки для освобождённых в ходе АТО территорий.

Сделали поправку на конформизм русифицированного населения (такой же подход «стерпится – слюбится», который готовили Украине российские имперцы в случае успешного свержения «киевской хунты»). И тем самым дали вотчину и форпост «Оппо».

Пройдут годы. Крах путинизма неизбежно вернёт ОРДЛО под власть Киева, не исключено, что тоже произойдёт с Полуостровом (или будет раздел: Севастополь – России, остальное – автономная федерация трёх народов).
И понятно, что никакая гройсмановское самоуправление не компенсирует воссоединённым психотравму. Ведь они были по другую линию фронта, а самое лютое киевское руководство – это не Франко, просто расстрелявший после победы половину своих активных оппонентов.

И потом – быть под сепарами 2 месяца, как в Мариуполе или Славянске - или 2-3-4 года. Возникает новая идентичность.
И тогда бывшая зона АТО станет «опполендом», как Западный берег Иордана стал «ооп-лэндом».

Дух украинского реванша может толкнуть на репрессии и дискриминацию «предателей». Ответом будет только появление всё более радикальных антикиевских сил.
Тогда демократически избранная власть «оппо» начнёт «продавать кирпич» - если не мы, то… Хуже всего, если в видах такого сценария, Киев будет тянуть с полным восстановлением демократии.

Одним из вариантов могло быть создание двух-трёх автономий на месте нынешних «ДНР-ЛНР» (кроме коридора к Азову): Луганской, Донецко-Макеевской и, допустим, Краснодонской. Тогда именно умеренным «оппо» станет нужна защита Киева от радикалов (как сейчас администрации Рамаллы защита Израиля от Хамас – и трудно нынче вообразить израильскую осаду Рамаллы весной 2002 года).

Что же касается языков, то стандарты ЕС о региональных языках и языках меньшинств ещё никто не отменял, и официального двуязычия на Юго-Востоке избежать не удастся.

Киев должен стать символом защиты, поэтому жители Юго-Востока должны слышать, как и обитатели Брайтон-бич, кругом родную русскоязычную речь (но дорога в социальный лифт выше сельского муниципалитета – только через качественный украинский), его должны бить родные русскоязычные менты, скручивать в бараний рог русскоязычные чиновники и разорять русскоязычные жулики…
А спасать – присланные с «большой земли» прокуроры.
Поэтому – больше автономий, хороших и разных…

И давно было сказано, что с помощью кольта и доброго слова можно сделать куда больше, чем только с помощью кольта…

ВСЁ НА ПОЛЬЗУ, ИЛИ РАЗРЫВ ИДЕОЛОГИЧЕСКИХ ШАБЛОНОВ



I. Как повезло Западной Европе

До лета 2015 года российская «черная» (доброхотов) и «серая» (официозная – не путать с официальной, «белой») пропаганды изображали Западную Европу как будто это Древний Рим времён упадка в описании католических авторов позапрошлого века – сплошные перверсии, купании в роскоши, изнеженность нравов и безволие, отдающее древнюю культуру напирающим варварам…

А поскольку оная Европа ещё и покушалась критиковать Великую и Святую Русь за отсутствие никому не нужной демократии, и совратила Украину и Белоруссию [считай, демагогически объяснили девушкам-наследницам, что коли им исполнилось по 18 лет, то они могут уйти от дядюшки-опекуна, потребовать права распоряжаться наследством и категорически отказались от предложенных им женишков, подобранных дядюшкой], то её презирали и ненавидели. Как соседей, устраивающих частые молодежные парти, и которых можно вообразить на этом основании держателями притона, угрожающими всему дому.

Но тут Западная Европа приняла 1,5 миллиона беженцев. Можно считать такое поведение самоубийственной глупостью, но образ избалованных извращённых патрициев, как и положено, «водящих гетер в термы», был испорчен необратимо. Одни принимали огромные потоки беженцев (столько же, сколько крошечный Ливан и в три раза меньше, чем Турция). Другие – с помощью российского информационного и иного спонсорства - с этой пагубой боролись самоотверженно. Но, это в любом случае, не царство погрязших во всём на свете эгоистов. Продолжим наш пример с соседом. Если вдруг выясняется, что разбитная семейка приютила (благо была большая свободная зала для приёмов) семью погорельцев и даже не родных, или совсем седьмая вода на киселе, то их можно считать блаженными сумасшедшими (есть лишняя жилплощадь – могли бы сдавать иногородним начинающим менеджерам – какой-никакой, а приварок), но нельзя сводниками, растлителями и прочими совратителями невинных душ.

Как можно не быть душой и сердцем даже с русофобствующей веками Британией, раз она уходит от этой сумасшедшей Европы?!

А восточноевропейцы ведут себя так «по-нашему» - отказались принимать сирийцев, построили на границах стены из колючей проволоки, а заодно наплевали на упрёки из Брюсселя на принимаемые антидемократические законы. И за это им в глубине души хотят простить всё, включая многовековую русофобию. При полном понимании, что эта русофобия отступает на второй план только под давлением газпромофилии.

Так рухнул много лет культивируемый образ угрозы от Западной Европы, а значит, исчезла возможность для эсхатологической психологической мобилизации русских для Последнего Холовара.

II. Как повезло России

Основой основ политики авторитарного коррумпированного режима является избегание революции. Наверное, заправилы таких режимов догадываются, что если история и имеет признаки науки, то одним из законов истории, наряду с неизбежностью распада империй и вытеснением элит субэлитами, является революционный финал любого авторитарного коррумпированного общества современного типа. Поэтому ведётся увлекательная игра в обман всемирно-исторических закономерностей.

Основой основ современной отечественной государственной идеологии является слоган «Подчиняйтесь Путину!». Всё остальное – только попытки его обосновать. Ну, понятно, что Путин защищает страну от зловещего Обамы. Но Обама – «чмо», и любимые гости российских медиа – публикации о том, какой Обама слабак по сравнению с Путиным. На этой платформе сошлись даже верные путинисты с неверными внесистемщиками.

Но странно полагаться на надёжность консолидирующих свойств страха перед «чмо».

Путин также защищает народ от правительства, которое не только мечтает отменить зарплаты и пенсии, но и регулярно излагает свои зловещие планы во всеуслышание. Но ведь и в самые тупые народные головы должна заползти когда-нибудь предательская догадка, что эти министры лично Путиным подобраны, и что президент мог бы изредка мониторить рост цен, а не только руководить из какого-нибудь таинственного Оперативного центра бомбардировками в Сирии запрещённых в РФ организаций с иранского аэродрома. Тем более, что и с того иранцы прогнали за бахвальство. Пусть и маршал Шойгу чем-нибудь полезным поиграется, кроме планов строительства флота ледокольных линкоров для защиты Русской Арктики от зловещих поползновений Канады, датской Гренландии и Исландии.

Хотя, скажем честно, только что министр, мечтавший закрыть лишние вузы (ровно половину), был президентом заменён на министра, мечтающего ввести, фигурально выражаясь, «Закон Божий» с первого класса. И это было очень мудро – левая тоталитарная оппозиция немедленно поддержала кадровую рокировочку, готовая и за тень возвращения к советской системе образования согласиться на её превращение в инструмент государственного клерикально-консервативного индоктринирования, включающего, естественно, агитацию именно за партию власти.

Что касается уже окончательного оформления под эгидой «патриотизма» синтеза ностальгического сталинизма с православным клерикализмом, то это уже представляет интерес только для культурологов (как ритуалы криминалитета – для этнографов).

Поэтому для легитимации слогана «Подчиняйтесь Путину!» приходиться разводить турусы на колёсах. Для этого можно было использовать необходимость модернизации страны, искоренение коррупции и казнокрадства, защита общества от олигархии, защита общества от коммунистического реванша, защита от фашистской угрозы… И тут всё хором сказали: всё это было использовано в первые два путинских срока.

В результате путинизм стали подкреплять Рюриковичами, Романовыми, графом Уваровым, иноком Филофеем, статуем дважды религиозного реформатора (пролитовского и провизантийского) киевского кагана Володеймира…
Но я обещал рассказать, чем повезло России. Горько оплаканные в России и в Израиле (отказ Обамы рыдать на троих стало первым серьёзным обвинением ему) арабские диктатуры легитимировали себя как модернизаторы, открывающие страну миру, защитники от реакционных (ретроспективно-утопических) движений. Крах «просвещённых диктатур» (см. выше «закон истории №3») вывел в центр политики фундаменталистов.

Но поскольку путинизм, напротив, обеспечивает себя «православием, самодержавием и «народностью» [в понимании середины XIX века – это значит внесословный национализм], то его победителем станет доктрина, объединяющая верховенство права, открытость миру, прогресс, демократию и научный взгляд на мир. И Россия получит ещё несколько десятилетий цивилизованного развития.

Как это не странно сегодня, но 30 лет назад, при всевластии КГБ, нынешняя официальная идеология эпохи всевластия ФСБ, считалась бы «злостной антисоветчиной». Поэтому «никогда не говори «никогда»!

А пока суть да дело, то для дальнейшего гуманитарного просвещения страны даже хорошо, что путинисты хотят убрать из изучения истории «сложные моменты».

Дело в том, что у российского «патриотизма» появился очень сильный оппонент – украинцы, основой своей идеологической войны сделавшие доказывание хищнической природы русского империализма и террористический характер русской власти. Столкнувшись с описанием событий, о которых они если и слышали что-то, то очень туманное (как младшеклассники о перверсиях), пиплы ринутся в гостеприимный интернет… Советская система образования так же была скорее «пробельной информатикой», поэтому с такой жадностью поглощались историографические версии западных «голосов», которые, как теперь понятно, были преимущественно версиями Народно-Трудового Союза русских солидаристов (НТС).

В результате общество сосредоточится именно на том, что от него пытались утаить. Так уже было после отмены цензуры в ноябре 1905 года, когда произошла концентрация внимания на династических цареубийствах, и осенью 1990 года, когда в канун подписной кампании либеральная пресса дружно взялась за деконструкцию ленинского мифа (сталинский и жуковский жевали предыдущие два года).

И, разумеется, навалившись всем миром, российская паранаучная общественность разгадает главную тайну 22 июня 1941 года: будет точно установлено, что Иосиф Виссарионович Джугашвили заблаговременно знал о подготовке внезапного удара гитлеровской армии, но старательно скрывал эту шокирующую правду от товарища Сталина.

ДВЕ ВОЙНЫ И ДВА ПРЕДАТЕЛЬСТВА



Если кто не знает, то в августе 2016 года Эрэфия начала ещё одну войну – с курдами. Что завершило 90-летнюю историю предательства Москвой курдского народа. Но перед кратким рассказом об этом – ещё об одной войне.

Одной из причин того, что Петербург не просто продал Америке Аляску, но и ещё раздавал сенаторам огромные взятки за утверждение сделки, было то, что сия территория кроме репутации «ледяной горы», как говорили в Конгрессе до проведения «просветительской работы», была ещё и изрядно горячей картофелиной. Потому что Аляска – это не только обширный полуостров, но и узкая полоска совсем не ледяного побережья вдоль западной Канады, немного не доходящая до штата Вашингтон. И вот 200 лет тому назад там разразилась «Русско-Индейская война». Когда с лёгкой руки куперов, ридов (старших) и маев гимназисты заболели любовью к благородным индейцам, а уж тем более при советской власти, превратившей американо-индейские войны в вечное клеймо позора на империализме янки, войне Русско-Индейской старательно забыли, довольно подло предав этим память отважных российских казаков и поселенцев, храбро отражавших атаки туземцев, стремящихся добыть для своих коллекций их скальпы.

Я же надеюсь, что власти будущей свободной России найдут в себе волю получить у властей штата Аляски разрешение на создание монумента героическим защитникам Русской Америки. Потому что нечего тут фальсифицировать историю и отрицать попытку геноцида части российского народа…

Но теперь к курдам. Большевики не хуже Одиссея умели изобретать Троянских коней. В 1921 года, как известно, Ленин, в рамках пакетной сделки с другом Ворошилова Ататюрком (красный маршал изображен на его памятнике в составе скульптурной группы), передал Красному Азербайджану Карабах и Нахичевань. Более того, автономный Карабах был отрезан от союзной и не менее Красной Армении коридором.

В этом коридоре – Лачинском, были курдские деревни. И вот там был создан Красный Курдистан – маленькая, но очень важная из геополитических видов национально-культурная автономия.
Турецкие власти тогда вообще запретили употреблять слово курд, требуя заменять его на «горный турок». Создать в этих условиях «лабораторию» по культивированию национальной курдской идентичности было сильным вызовом не только в отношении шахского Ирана, английского Ирака, но и братской Турции. О международных играх вокруг Курдистана читайте Дж. Олриджа «Горы и оружие» (продолжение «Дипломата»).

Сталину были очень нужны курды. В том случае, если бы, защищая Финляндию, британцы решились бы выполнить свою угрозу нанести бомбовый удар по нефтепромыслам Баку (а как они ещё могла остановить союзника Гитлера), то самолёты взлетали бы из Мосула. И тут совершенно бесценной оказалась бы помощь курдских партизан, совершающих против мосульской авиабазы диверсии.

В 1945 году, когда Сталин создал Южный Азербайджан, в планах был и Свободный Курдистан, для которого в Лакском анклаве уже были идейно закалены кадры. Но через год Трумэн ударил атомным (ну, кулаком) по столу, СССР покинул суверенный Иран, суверенный тегеранский меджлис категорически отказался ратифицировать уже подписанные и очень-очень выгодные Москве договора, и иранские власти свой «освобождённый – после советской оккупации в августе 1941 года – север зачистили [дописать «на совесть» рука не пошла]». Так произошло первое предательство Москвой курдов.

Пока курды тревожили не только члена НАТО Турцию и проамериканский Ирак всё было в порядке. Но тут в Багдаде воцарился «прогрессивный» Хусейн. Начав с публичных казней евреев, он быстро переключился на курдов [искреннее надеюсь, что на эшафоте он вспомнил не только клубы газа над курдскими селениями в марте 1988, о чём позаботился его курдский конвоир, но и виселицы на тегеранской площади в январе 1969]. Москва пометавшись, добилась заключения 45 лет назад исторического перемирия в Курдистане. Но багдадский, как написали бы братья Стругацкие, «микрогитлер» (есть у них описание в «Хищных вещах века» недовольного «зажратостью» Запада «беженца» - смуглого генерала в роскошном мундире), все условия перемирия презрел, и обрушил на курдов всю мощь своей артиллерии. Москва же, как гарант сделки, про свои обязательства старательно забыла. Это было второе предательство ею курдов.

Прошли года. Этой весной, Путин и Лавров, запутавшись в своих сирийских интригах, и не зная, что дальше делать после пальмирского концерта Гергиева-Ролдугина, принялись вовсю заигрывать с курдами. Москва срочно приветствовала создание курдами некоей многонациональной автономии у южных границ Турции (тогда ещё – главврага) и стала требовать присутствия на переговорах по Сирии курдской делегации, чем вызвала ярость Дамаска (центральной части города – пригороды у повстанцев). Начались намёки на федерализацию Сирии. Всё вспомнили российское участи в «федерализации» Украины [вы будете печально смеяться, но российская дипломатия до Минска-2 именовала донецких сепаратистов «сторонниками федерализации»] и вздрогнули. Соблазн отбить у американцев сирийских курдов и, тем самым, заполучить мощнейший рычаг влияния на ситуацию в Сирии, Турции и Ираке был столь велик, что затмил все обещания Асаду-мл. сохранять «бумажное» единство Сирии.

Необходимо напомнить, что с прошлой осени канал «Россия-24» постоянно делал апологетические репортажи о подготовке в Сирии отрядов Курдской рабочей партии, с упором на участие в них женщин – типа, не фундаменталисты.

Знаменитый гадатель по полёту двуглавых орлов, Авгур Алексеевич Венедиктов, даже рассыпал намёки, что отказ Америки согласиться с условиями Путина по Сирии привёдет к появлению пророссийского Курдистана (тут надо вспомнить драматическую игру голосом ААВ: «и мало никому не покажется»).

Словом, хромой вашингтонской утке в очередной раз предложили «купить кирпич». Но тут срочно пришло братание с Эрдоганом. Курды не стали предавать Америку, со спецназовцами которой чихвостили игиловцев, и Москва нанесла бомбовый удар по курдским позициям, старательно чуть не задев американскую часть. Так началась Малая Российско-Курдская война. Так завершилось третье предательство Москвой курдов…

НАВСТРЕЧУ ЮБИЛЕЮ "СОХРАНЕНИЯ СОЮЗА" - НЕДОРАЗУМЕНИЯ И ПОДТАСОВКИ






Каждая годовщина августовских событий вызывает поток заклятий от умеренных прогрессистов, что Ельцин и «видный реформатор» Назарбаев, которому хотели отдать власть над правительством «обновленного Союза», Союз спасали, а путчисты, сорвав подписание уже подготовленного Союзного договора, его погубили.

Я так полагаю, что если бы у республиканских элит было бы желание в этот Горбачевско-Назарбаевский Союз идти, договор бы и подписали. Ну, не  20, так 24… Ещё и торжественнее вышло бы. Дескать, вопреки злобным проискам врагов! Очень вышло бы красиво, величественно и символично – победители хунты сплачивают монолитное единство…    


А на самом деле, тот горбачёвский вариант рассматривали как легальную возможность перехода к тому состоянию отношений, который через 4 месяца назвали СНГ, и по которому у большинства республиканских национальных элит был консенсус. Три месяца ушло на преодоление психологической инерции – было трёхвековая империя и вся вышла…

Но пока инерция преодолевалась, испекались всё более и более децентрализованные версии союзного договора. Когда же стало ясно, что союзные структуры уже стали собственной тенью, а за спиной у Кравчука появились результаты референдума 1 декабря в поддержку независимости Украины, он – решился предложить Ельцину прекратить эту игру.

Опытные политики всё это понимают, что моральное давление имперских ностальгистов требует твердить, что демократы изо всех сил старались не нарушить волю [народов, поддержавших на референдуме 17 марта сохранение Союза], но исполнить…

Поскольку рухнуло само, то ельцинцы получили сказочную возможность забыть, что независимость (под эвфемизмом государственный суверенитет) от союзного центра Российской Федерации было их лозунгом; что демократы призывали сказать на том референдуме «Нет»; что июле 1991 года Координационный Совет Движения «Демократическая Россия» призывал Ельцина никакого нового союзного договора не подписывать.


Правда о том, что 19-21 августа 1991 года произошла российская национально-демократическая, национально-освободительная революция, слишком шокирующая, чтобы разрешить ей стать фактом истории. Подобно тому, как фактом истории стало провозглашение независимости Украины 24 августа.

Надо только понять, что словом «национальное» в данном случае именуется гражданская, полиэтническая политическая нация, как при провозглашении независимости 13 североамериканских колоний, а не этническая нация, как при развале Югославии…
А теперь о разнице между сталинским союзом и теми союзными договорами, что готовился к подписанию 20 августа 1991 года и которым, кстати, был учреждён СССР 30 декабря 1922 года. Это разница между «федерацией» и «конфедерацией». Хотя в ряде случаев политологическая точность обозначений не соблюдается: как, например, в швейцарском, когда федерацию называют конфедерацией, или в мексиканском, когда федерацией называют вполне унитарное государство.   

Федерация (союз) предполагает общее самосознание её жителей как единой нации.
Конфедерация (союзничество) – альянс автономных государств-наций. СССР в редакции конституций 1924, 1936 и 1977 годов – это государство единого советского народа, «беззаветно преданного родной партии» и готово нести все исторические тяготы и испытания для реализации общесоюзного/имперского мессианского проекта – мировая революция, коммунистическое строительство и тому подобное «светлое будущее».

Паллиативный договор 1991 года предусматривал формирование центральных органов власти республиканскими элитами и сведение политики к непрерывному пошлому торгу о перераспределении налогов, субсидий, полномочий… Какой-то нынешний Евросоюз или ельцинская РФ с её договорами с субъектами федерации. И, разумеется, никакой «новой общности советский народ», но свободные республиканские нации, ревниво следящие за тем, чтобы соседней не перепало «не по чину».

«Обновленный» Союз, конечно, не стал бы терпеть над собой ни тотальную партию, ни всемогущего КГБ, ни необъятных аппетитов ВПК и в голодной стране требующей ресурсов для поддержания «геополитического паритета» с НАТО.     

ГКЧП был нужен союз как толкиенское «братство кольца», а не как ефремовское «Великое кольцо» разумных сверхцивилизаций, «дружащих домами».

Прошу простить за сравнение, но разница между Союзом Лукьянова-Крючкова-Варенникова и Союзом Горбачёва-Ельцина-Назарбаева была такая же, как между церковным браком и гражданским однополым браком. Не было трансцендентальной мистики – «станешь плоть едина». А если вывести эту «мистику» за скобки, то ведь легализация семейных гражданских союзов – это укрепление семейных ценностей.

А чтобы не было недопонимания и недоразумений надо просто именовать СССР идеократической империей, а новые версии Союза – переходом к «Общему рынку».

Разница как между неоримской империей Карла Великого и Сакральноримской империей тевтонской нации с советом из 8 курфюрстов во главе. Поэтому события 1991 года надо корректно интерпретировать как попытку трансформации «вертикальной» империи в «горизонтальную», державы – в политико-экономический союз вокруг российских углеводородов, уральской и «новороссийской» тяжелой промышленности.

Как Общий рынок и Европейский союз выросли из Европейского Союза угля и стали, объединивших* индустрию Лотарингии, Нанси, Саара и Рура, за которые до этого веками шли войны.

Но сводить все эти сложности к перепалке кто и как хотел сохранить Союз – «либо глупость, либо измена». И измена не покойной державе, но ревнивой богине Клио.

* Нынешний российско-украинский разрыв – прямое следствие перехода России от промышленноцентричной к рентно-сырьевой экономике. Если бы в 1950 году в Руре нашли море нефти, а на Центральном плато  - океан газа, то никакого союза Парижу и Бонну бы не понадобилось.
Британия чуть ли не двадцать лет рвалась в Общий рынок, потому что ещё не были открыты месторождения Северного моря. И пока Шотландия жила шахтами, а не вышками, сепаратизм там был забавной экзотикой.

О БЕРЛИНСКОМ КРИЗИСЕ ЕЩЁ РАЗ






«Дзэн – это ваш обычный жизненный опыт  только на два дюйма от реальности» (проф. Судзуки)

55 лет кульминации августовско-октябрьского (1961 года) кризиса, как сейчас бы сказали, «вокруг Берлина» - это повод ещё раз поговорить о роль символов в кризисах, их «многослойном» характере и  об их глубинной исторической подоснове.

С весны 2014 я неоднократно сравнивал российско-украинский конфликт с берлинскими событиями 1961 года и алгоритм тогдашней политики президента Кеннеди (почти идеальной) с политикой президента Обамы. Но мне хочется заглянуть в корни этого кризиса ещё раз, тем более что окончательно он завершился в 1989 году - в фатальное для немцев число – 9 ноября, и именно так как планировали участники возникшего тогда невидимого и внешне антагонистического союза – американский левый либерал Кеннеди и немецкие правые радикалы.


Как следует понять корни Берлинского кризиса и действия Запада в его ходе, можно только отступив на полтора тысячелетия вглубь европейской истории. Послеримская Европа (ограничим её с востока Доном и Окой) состояла из трёх сопоставимых этнокультурных массивов – кельтов, германцев и славян. Тюркские вклинения – угры и авары - очень быстро ассимилировались. Кельтский ареал называют «романскими народами», но это только потому, что именно он унаследовал римскую цивилизацию и распространил дальше (аутентичный католицизм, например, ирландские миссионеры).

Кельтский ареал органично разделился на 4 «лепестка» - Галлия, Иберия, Италия и Британия (бритты, скоты, гэллы, эйры), правящей военной элитой в которой стали германцы (в Англии – в два слоя – саксы и норманны). Эти четыре «лепестка» непрерывно воевали между собой: Англия – за власть над Францией; Франция – за власть над Италией и Испанией; Испания – за власть над Францией (помогая Католической лиге), Англией и Южной Италией.  Это были – жуткие, эпические войны, составившие весь драматизм среднего и высокого средневековья.

А вот значимых междоусобных войн германский земель почти не было, напротив возникла почти идеальная модель «горизонтальной» державы конфедеративного типа - ассиметрический Первый рейх. Та самая Сакральноримская империя тевтонской нации.

Поэтому естественной геополитической задачей главной кельтской страны – Франции было ослабить немцев, стравить их между собой. Для начала два создателя французского национального государства – Генрих
IV Бурбон и Наварра и премьер-министр его сына – кардинал де Ришелье с огромным усердием спровоцировали страшнейшую Тридцатилетнюю войну, уменьшившую немецкое население на  1/4. Немного погодя в дело вступил «солнечный» внук Наварры и зачистил Пфальц, прирезав себе Эльзас и Франш-Контэ – граница по Рейну – геополитическая программа кардинала. И этого ада вышла супервоинственная Пруссия – на её восточной окраине немецких земель все эти кошмары отражались только потоками переселенцев.

Пруссия немедленно опробовала режущиеся зубы на обескровленной Саксонии, а потом кинулась на Австрию. В результате, через поколение армии «фрагментированной» Германии лупили даже якобинцы. Однако алгоритм производства «крысиного тигра» сработал, и появилась Пруссия Бисмарка, а потом и его Второй рейх. Когда его победили, то ужали и обескровили, но сохранили единым. А вот поверженный Третий рейх предпочли не просто разделить, но насмерть стравить обломки. Как известно, немцев, итальянцев и японцев спасла от маргинализации только Первая Холодная война, когда их ресурсы остро понадобились Западу и Востоку.


В результате оказалась выполнена трёхвековая геополитическая задача Западного (Римского) Запада – немецкие земли разделены на три части: бессильный австрийский обломок, из которого дважды выбиты все имперские притязания; и два смертельно ненавидящих друг друга государства – бывшая Западная Пруссия (ГДР) и альянс Баварии и бывшей прирейнской Германии, подаренной Пруссии Венским конгрессом (ФРГ).

Но над Западным Западом довлеет кошмар – немцы избирают нейтралитет, воссоединяются и предпочитают блокированию с наследниками Рима симбиотический союз с наследниками Орды – как во времена Бисмарка. Во всех западных политических триллерах о немецком реваншизме, цель рвущегося к власти неофюрера (Прототрампа) – союз с Востоком, новое издание пакта 1939 года. Для немцев формально единый «Потсдамский» Берлин 1949-1961 – хрупкое воплощение робкой надежды на мирное объединение.

Но на сцене появляются американцы. Они еще не усвоили змеино-мудрый макиавеллизм Ришелье (он придёт к ним в эпоху Никсона-Киссинджера), они пылают крестоносным идеализмом Ричарда Львиное Сердце: Германия должна быть свободна от проклятого безбожного коммунизма, Германия должна стать Америкой Центральной Европы – федеративной, демократической и сильной.  Западный Берлин – это не росток немецкого нейтрализма – это плацдарм свободного мира, нормандский пляж в «день Д», Иводзима…
А для СССР – сверху донизу – Берлин – это великий утешительный приз: памятник в Трептов-парке и покрытый красноармейскими граффити Рейхстаг должны примирять с тем, что побеждённые опять живут лучше победителей…

Но на сцене ещё два действующих лица, перед которыми стоит нелёгкий выбор – французский и немецкий национализмы. Для Франции, казалось, все исторические задачи решены: сильной Германии нет, и на Правобережье Рейна стоит Рейнская армия (в мае 1968 года к ней примчался де Голль уговаривать давить танками восставшую Сорбонну), и ФРГ вошла – пока младшим партёром Парижа – в создаваемый «Общий рынок».

Но Париж отдаёт себе отчёт, что самоизоляция от главных кризисов означает утрату международного авторитета – зачем делать атомную бомбу, если не грозить ей периодически? Де Голлю не повезло – эй-бамб появилась у него на год позже того времени, когда бы он тоже мог грозить ей Хрущеву… А без бомбы Генерал решил, что лететь в Берлин как-то не солидно. Представляю, как бы они смотрелись рядом с Джоном Фицджеральдом на том миллионном митинге. И решился бы де Голль в свою очередь крикнуть: «Я - их бин тоже берлинец!» [Кеннеди выкрикнул свой знаменитый слоган с ошибкой – не «я – берлинец», а «я – берлинский»]? По крайней мере, в октябрьские события, Генерал не решился поддержать французскими танками американские при противостоянии с танками советскими у Чек-Пойтн-Чарли. А ведь одновременный (Лондон бы не отстал) прорыв каких-то «ГДР-овских» заграждений танками всех трех западных держав мгновенно восстановил бы гарантированную Потсдамом свободу сообщений по городу. Ульрих утёрся бы, как потом утёрся Кастро. И Хрущев бы отступил, как через год отступил на Кубе. Потому, что собравшись устраивать мировую войну, не сокращают армию сразу после призыва, не увольняют прошедших войну офицером, не режут на металлолом почти достроенные линкоры на стапелях!  Но Кеннеди негласно компенсировал бы ему Лаосом, как и собирался…


Словом, оказавшийся не у дел де Голль потыркался, потыркался, накопил обиду  «що пацаны перетёрли без него» и через пять лет скандально ушёл из НАТО, а потом устроил ту самую неразлей-вода сепаратную дружбу с Москвой, что так опасался от какой-нибудь необисмарковской Германии, и в знак которой запретил проведение в Париже демонстрации солидарности с оккупированной Чехословакией…

Совсем сложно немцам. С одной стороны, тевтонская ярость да германская честь, а с другой, чего-то можно добиться только как часть свободного мира – иначе в третий раз Германия только хрустнет…

Принимается немецкими националистами важнейшее решение – никакого «особого пути», идти с Америкой за освобождение всей Германии и Европы от коммунизма. Такой же судьбоносный выбор, что делали русские правые националисты зимой-весной 2014 года – европейский и антипутинистский выбор вместе с Киевом, или соблазн приращения к евразийской империи русских анклавов.

Но немецкий выбор, чтобы не быть предательством отцов, сражавшихся с англосаксами, предательством памяти жертв ковровых бомбардировок немецких городов, должен иметь мощное моральное подкрепление. Речь Кеннеди – хорошо. Но мало! А вот американские патрули, идущие сносить незаконные преграды (статус Берлина предусматривал право всех союзников патрулировать весь город)   - это знак! Да, путь им заслонили советские танки; да, перепуганный старичок Аденауэр раскудахтался, что нужен мирный компромисс; да, никто всерьёз не стремился к танковым дуэлям на берлинских улицах, но – была проявлена воля! Америка показала, что готова умирать за немцев!

И возник новый консенсус – заокеанского либерализма и немецкого национализма. Поэтому в ФРГ очень долго было самое слабое антивоенное движение, движение против американских баз. Ведь они – защитнички, единственные! Потому в 80-е так сравнительно просто прошло критически важное для слома советской воли решение о развертывании в ФРГ американских ракет средней дальности.


И ещё об одном надо упомянуть – согласно доктрине немецких правых объединение Германии будет результатом антикоммунистического восстания в ГДР. Когда так и случилось, центристский истеблишмент «переписал историю», сделав главным героем Горбачёва. Да, так знакомая нам «вера в доброго царя». Потом выяснилось, что вековая геополитическая традиция Западного Запада делить немцев взяла вверх даже над рассудком – и Миттеран вместе Тэтчер хором умоляли Горбачёва наложить вето на объединение Германии.

Но то ли Михаил Сергеевич решил не повторять «проспект Руставели» у Бранденбургских ворот, то ли у канцлера Коля нашлись более весомые экономические аргументы, но Горбачёв предпочёл стать «лучшим немцем 1990», а не «палачом Германии». Впрочем, очередной французский президент в очередной раз затаил злобу – и в августе 1991 года Миттеран признал ГКЧП. Поторопившись и насмешив людей вместе  с главой ООП Ясиром Арафатом.


Теперь, учтя всё вышесказанное, давайте разберём итоги полосы берлинских кризисов. Убедившись в провале блокады Берлина лета 1948 года, Сталин «отпрыгнул» и предложил Трумэну и Аденауэру «необисмарковскую» альтернативу – единая «нейтральная» (т.е. аграрная) Германия. Это не только решило бы немецкий вопрос, но и предотвратило бы Холодную войну и гонку вооружения.

При наличие огромной нейтральной Германии, население которой поднялось бы и против американо-французской армии, например, идущей на Вислу и Влтаву, и против советско-польской, идущей к Рейну, Третья мировая в сухопутном варианте невозможна (а забрасывать атомными бомбами освобождаемых никто не будет).   


Но поскольку одновременно Сталин поставил коммунистов в Будапеште, Праге и Варшаве, веры ему не было никакой. Хрущев начал охмурять Аденауэра и демонстративно эвакуировал Австрию, оставив её буржуазной… Одновременно в британской дипломатии началась дискуссия о том, можно ли протянуть руку послесталинским советским вождям (на платформе губительности атомной войны), но победила позиция вернувшегося на год к власти Чёрчилля, что «большевики не меняются и понимают только силу». Хрущев в итоге сбросил с формального премьерского места «труса и капитулянта» Маленкова, а поражение и раскол Запада во время Суэцкого и Венгерского кризисов позволили Кремлю в 1958 году ультимативно потребовать передать Западный Берлин под полицейский контроль ГДР.  Видимо, Хрущев, как и нынешний Кремль, полагал, что для удачности переговоров надо создавать «точки давления».

В итоге, срок ультиматума надо было непрерывно переносить… И не надо думать, что победители Берия не услышали его доводов в пользу нейтрализации и объединения Германии как буржуазной страны - финляндизации. Потом произошёл громогласный раскол Москвы и Пекина, и Хрущеву стало не до Берлина.  Но пока Кремль пугал берлинцев новой блокадой (память о спасшем двухмиллионный мегаполис чуде, сотворённом американской транспортной авиацией была вполне свежа), шёл малозаметный процесс трансформации сознания западных немцев от восприятия себя как коллективных жертв победителей  к восприятию защищаемыми свободными миром. Тогда же произошло историческое примирение с Израилем с выплатой контрибуции (формально – компенсация за «ариизированную» собственность, но с признанием этим актом за еврейским государством статуса душеприказчика жертв Холокоста).


Только катастрофа американской политики на Кубе в апреле 1961 года вдохнула в Хрущева дерзость идти ва-банк в берлинском вопросе. Однако советские вожди бездарно прохлопали (протабанили ушами) точку перехода сознания западных немцев из побеждённых инициаторов мировой войны к осознанию себя свободной нацией – частью свободного мира, над которым стоит угроза коммунистического порабощения. Возник и упрочился союз англосаксонской демократии, немецкого либерализма и германского реваншизма… Результатом этого стал бездарный провал хрущевско-ульриховской пропаганды о том, что Стена – эта «Антифашистский вал».

Сооружение Стены, великолепное как пример идеально скоординированной спецоперации и демонстрация рабской покорности восточногерманского силового и партийного аппарата, немедленно стало политической катастрофой. Поскольку и в своих глазах, и в глазах цивилизованного мира – немцы вновь стали невинной жертвой. Как они чувствовали себя жертвой «Версальского диктата».
Возможность удержать в ГДР ещё пару-тройку миллионов человек не могло компенсировать постепенное превращение 17-миллионов в латентную «пятую колонну».  Да, немцы молчали и в 1968, и в 1980, но их взрыв в октябре 1989 сразу лишил советскую внешнюю империю всей Европы. Если взять пример из истории Первой мировой, то это как Салоникский фронт, который три года вызывал германские насмешки как самый большой лагерь для французских военнопленных, и которых Берлин решил не трогать, чтобы у 20 болгарских дивизий был стимул чувствовать себя при деле, а потом в октябре 1918 фронт рванул и мгновенно вышел на подступы к Будапешту (завоеванных венгров отдали сербам), выведя из войны Турцию и Болгарию, развалив Дунайскую империю и обрекая этим Германию на капитуляцию (торг стал неуместен).    

Советская дипломатическая историография старательно изображала итог Берлинских кризисов как грандиозную победу Кремля. Дескать, захотели и перегородили, и что ответил Запад – митингом Кеннеди?! Но этот митинг позволил Америке вновь ощутить себя защитницей свободы и демократии.

Шрам, рассекший немецкий город, стал тем самым конкретным воплощением железного занавеса, которого так не хватало Чёрчиллю для выразительности. Стена, колючая проволока, самострелы – что лучше могло дать понять, что мир социализма – это концлагерь. И по сравнению с кровавыми жертвами этой Стены, что значил весь пропагандистский бубнёж об «угрозе возрождения западногерманского милитаризма»?! Ещё мало возрождается!    
То, что Москва не позволила Бонну аннексировать Западный Берлин, опять же было на руку спецслужбам США и Британии, которые могли не оглядываться на немцев и немецкие законы. 
Это всё иллюстрирует тот факт, что победы стратегические могут быть превращены в сокрушительные метастратегические поражения.

И теперь пара юридических вопросов. Разделив город в августе, нарушили права немцев, гарантированные Потсдамскими соглашениями. Не пустив патрули союзников в октябре, нарушили права стран-победителей, гарантированные Потсдамскими соглашениями. Потсдамские соглашения определяли раздел Германии и Берлина безусловно – по праву победителей. Август 1961 год прикончил тот самый Ялтинско-Потсдамский мир, который так хотят восстановить в Кремле и на Смоленской площади.

Мир-сговор победителей был заменен через 14 лет Хельсинкским актом, где мир и гарантию нерушимости границ и статус-кво, обусловили соблюдением ряда прав человека и гражданских свобод. Но СССР многократно нарушил свои обязательства по «третьей корзине». И не только преследованием диссидентов, но и даже таким «пустяком» как возобновлённым глушением «Голоса Америки», «Би-Би-Си», «Радио Франс-интернейшенл», и «Радио Канады» в конце августа 1980 года, когда польские коммунисты капитулировали перед «Солидарностью» («Свободу/Свободную Европу», «Голос Израиля» и «Немецкую волну» глушили всё равно).


Поэтому у СССР исчезло право настаивать на нерушимости раздела Германии и Берлина, он потерял своё легитимно признаваемое право победителя.    

"Каспаров.ру 17-08-2016 (11:34)" http://www.kasparov.ru/material.php?id=57B4212DD14F1

     

РИТУАЛЬНЫЙ ЗАБОЙ КУРОЧКИ РЯБЫ. ЧАСТЬ 2




Впрочем, совершенно непонятен и общий смысл такого блицкрига. Нынешняя линия прекращения огня («линия тишины») стабильна с марта 2015 года, и всё это время с украинской стороны она укреплялась в расчёте именно на угрозу массированного прорыва.

Если Путин и Шойгу, особенно - первый, не окончательно вышли в астрал, то наступление будет вестись якобы силами «суверенных» армий «ДНР-ЛНР», т.е. без авиации и штурмовых вертолётов [которые с утра – я на даче около Кубинки – кружили над головой, пугая кота], и через «линию тишины», а не через северный участок границы – на Чернигов и Киев.

Стратегический прорыв на нескольких направлениях укреплённой многоэшелонированной полевой линии обороны – это действия нескольких дивизий, многих сотен танков и бронемашин при массированной поддержке многих сотен артсистем и систем залпового огня.

Это уже - полноценная фронтовая операция, значительно более масштабная, чем штурмы Грозного зимой 1995 года или наступление на Гори, Поти и Зугдиди в августе 2008 года; операция, при которой потери наступающих в первый же день составят сотни убитыми и ранеными. Формальное подключение к боям ВС РФ станет самым близким приближением к Мировой войне со времён советских угроз провести десантирование в Египет и Сирию 22 октября 1973 года.

Когда 8 лет назад российские танки ещё только выходили из Гори на идущие в Тбилиси шоссе, а из Абхазии российские ВДВ-шники выдвинулись на Поти на грузовиках [достойное книги рекордов Гиннеса использование десантников; впрочем, обратно они везли трофейные унитазы], то в столице Грузии уже было несколько восточноевропейских глав.

Поскольку Обаме надоело ходить в «хромых утках», а Мэй и Джонсону - обживать периферию мировой политики, то к тому времени, когда российские части успеют продвинуться на 10-15 км., в Киеве, скорее всего, уже высадятся первые англосаксонские солдаты (чисто понаблюдать), а Пентагон вспомнит о петиции виднейших сотрудников Госдепа с призывом отбомбиться по войскам Асада – как злостным нарушителям мартовского перемирия.

В случае же расширения военных действий, неизвестно зачем дошедшим до Днепра российским частям предстоит осада городов-миллионников - Запорожья, Николаева, Херсона, Днипра (Днепропетровска) и Харькова…

Это ведь только российским «пикейным жилетом», блеющими голосами звонящими в эфир «Эхо Москвы», придёт в голову, что уставшим от послереволюционного бардака и дороговизны украинцам может захотеться встречать российские части как «освободителей», несущих им – как в песне Александра Галича о чекистских палачах - «порядок и достаток» [такие высказывания – сами по себе идеальное социологическое обследование, лучше всего говорящее о неукротимой тяге отечественного обывателя к «чечевичной похлёбке»].

И полагаю, что и в Кремле, и на Арбате, и на Фрунзенской набережной хорошо расслышали прошлогоднее обещание на конференции НАТО в Вильнюсе, что ответом на штурм Киева будет атомный удар…
Но тогда уже совершенно непонятна потная возня вокруг приватизации «Башнефти». Война – это не только очевидный уход западных денег от любых российских IPO, но и уход последних российских инвестиций от вложений.

И в этом случае уже вовсе абсурдна яростная война компромата с Сечиным и Медведевым-Шуваловым - ведь так бьются только, когда есть реальный шанс на хороший куш, а не когда сановные кланы просто «отрабатывают номер», маскируя лихорадочным обсуждением планов приватизации подготовку к войне и полной уже изоляции страны (поскольку для и нынешней Турции солидарность с НАТО в критический момент выбора будет куда важнее уже явно неактуальных планов по газовому хабу, турпотокам и экспорту помидоров).

Или Путин просто начал очередную импровизацию, к ужасу собственного двора, вновь сдернув скатерть с банкетного стола? Антиистеблишментарный заговор президента и ФСБ? Какая-то зима 1953 года?!

Но, может быть, Путин решил именно так отметить 17-летие своего назначения не просто премьером, но и преемником Ельцина?! В те драматические дни, когда бывший полковник ГРУ, бывший заместитель министра обороны Республики Абхазия и кавалер ордена «Герой Абхазии» Шамиль Басаев в арбузом в руках картинно входил в Дагестан.

Я помню, как в кадре еще киселёвского НТВ первые раненые российские солдаты рассказывали с госпитальной койки о странном сворачивании буквально за несколько дней до вторжения поста десантников, который только в июле, когда третий президент Ичкерии Масхадов подавил мятеж Басаева, был установлен на стратегической возвышенности у дороги между Чечней и Дагестаном.

В июне-июле 1999 года штурмовики с подмосковного аэродрома в Кубинке почти ежедневно явно отрабатывали парные заходы на пгт Тучково, расположенный в излучине Москвы-реки, так напоминающей петляющую Сунжу. Насмотревшись на это, я буквально «вынес мозги» правозащитникам, и в результате Людмила Алексеева и Лев Пономарёв подписали заявление о критической угрозе авторитарного переворота и начала второй войны в Чечне. В те идилические времена заявление имело резонанс, и даже досиживающий последние дни в качестве премьера Сергей Степашин публично заявил, что новой войны допустить никак нельзя…

Год же назад вовсю и тоже парами разлетались лёгкие бомбардировщики, раскрашенные в цвета триколора… И было ясно - их ждала Сирия…

***

Небольшое лирическо-военное послесловие.

Битва за приватизацию российских госкомпаний – выглядела таким же очевидным отказом от обострения международной обстановки, как, допустим, масштабное сокращение численности армии.

Громогласные заявления об украинской террористической сети в Крыму – это «замечательная» подсказка тем, кто выбирает сейчас между Таврией и Анталией на сентябрь и октябрь. Предложения <не того>Аксёнова «пленных не брать… вешать как убитых ворон в виду у украинской стороны» - спокойствия потенциальным и кинетическим отдыхающим отнюдь не прибавляет (значит – ждут ещё «ворон»), как и не прибавляет авторитета российской позиции на Западе, где хватает эрдогановских посулов виселиц.

Таким образом, новым крымским обострением Москва старательно разрушает свои макро- и сравнительно-микро-экономические планы, одновременно перечёркивая два года кропотливых усилий по восстановлению финансового доверия к стране и обустройству благопробретённой «всесоюзной здравницы». Зачем-то звали Кудрина, собирали Санкт-Петербургский экономический форум, ставший дефиле придворного либерализма.

С моей точки зрения, происходящее - феерический абсурд.

Удивительно, как аналитики Кеннеди в своё время не поняли, что решения Хрущева о значительном сокращении сухопутной армии (главное – имевшего опыт войны офицерского корпуса) и отказ от достройки линкоров (самого защищённого от ядерных ударов класса кораблей) – это и есть самое веское доказательство отказа Кремля от жуковских планов европейского блицкрига (под американскими, британскими и французскими атомными ударами из 2-млн. советской армии до оплавленного остова Эйфелевой башни и закопчённых скал Дувра могла дойти ещё многочисленная группировка, а из 1-млн. – никого), а никакой иной концепции Третьей мировой у СССР не было.
Поэтому Берлинские кризисы и Карибская конфронтация были только игрой на нервах Белого дома.

Я, например, полагаю, что если бы Сталин в июне 1941 года, вместо скрытой мобилизации, предвосхитил бы поступок Хрущева, который спустя два десятилетия издал указ о частичной демобилизации (для возращения рабочих рук народному хозяйству), то вечно колеблющиеся немецкие генералы с высокой степенью вероятности «замотали» бы «Барбароссу»: «мой фюрер, видите, больше никакой угрозы на Востоке, поэтому давайте, сперва – Юго-Восток - помочь битым итальянцам в Ливии и прогерманскому мятежу в Ираке».

А вот когда вермахт втянулся бы в бои за Александрию и растянулся бы по Анатолии и Курдистану, то – помечтаем - недомобилизованная Красная Армия могла бы идти на Бухарест, Варшаву, Краков, Данциг и Кёнигсберг, в то время как единственными воротами для быстрого возвращения вермахта в центральную Европу становился бы софийский железнодорожный узел, оказывающийся под ударом армии Иосифа Сталина и партизан Иосипа Тито…

И не надо думать, что такой вариант спекуляция на играх в альтернативные варианты. Вот ситуация в нашей реальности. В начале апреля 1941 года Гитлер, выведенный из себя переворотом в Белграде и отчётливо антигерманским договором
Югославянского королевства с СССР (со стороны Сталина это было формальным нарушением всех его соглашений с Гитлером, т.е. поводом к войне), поломал подготовку к тщательно продуманной «Барбаросе», бросил против Белграда и Афин не только авиацию и пехоту, но и все свободные танки (длительный пробег по балканским дорогам не улучшил их техническое состояние), а также положил на Крите особо подготовленных десантников.

Это привело к месячной (!) отсрочке начала решающей для рейха кампании. В результате к Смоленску вермахт вышел одновременно с завершением развёртывания Второго стратегического эшелона РККА, о существовании которого ни германская разведка даже не подозревала.

После чего почти идеально разворачивающийся план будущего фельдмаршала Паулюса был грубо поломан: месяц ушёл у вермахта на прогрызание позиций даже контратакующего Второго эшелона, и месяц – на захват стратегически и экономически очень нужных (но где-то к весне 1942 года) Киева, Харькова и Донбасса. Поэтому для наступления на Москву по дорогам, заслуживающим этого названия, гитлеровцам досталось 3 недели в октябре и одна – с конца ноября…

Учитывая случившуюся историческую реальность, довольно легко представить себе, как Гитлер соблазнился бы весной 1941 года возможности «в полтычка» (лишь «продавить» преемника Ататюрка – хитрейшего Иненю) заполучить Мосул, Багдад, Басру, Аравию, а также выход на Тегеран и Баку, отлично зная, что его наступающим частям достаточно будет только постреливать в воздух – для острастки англичанам, и так убегающих от восстающих курдов, арабов и персов.

РИТУАЛЬНЫЙ ЗАБОЙ КУРОЧКИ РЯБЫ. ЧАСТЬ 1



НАД АРМЯНСКОМ ТУЧИ СТАЛИ ХМУРО, КРАЙ ТАВРИДСКИЙ ТИШИНОЙ ОБЪЯТ, НА СОЛЁНОМ БЕРЕГУ СИВАША ЧАСОВЫЕ РОДИНЫ СТОЯТ…

Я прошу прощения за обширность этого материала. Но случилась так, что у меня несколько дней не было интернета, но была надежда, что вот-вот восстановится. И появилась возможность текст непрерывно дополнять по мере развития крымского кризиса. Сперва это был только небольшой оперативный «лапшеснимательный» материал. Но потом захотелось по-рассуждать о том, как странно реагирует Кремль и зачем ему этот кризис вообще. Логика повествования потребовала разъяснить и два принципиальных вопроса: о легитимности подполья и о том, чего хотят имперцы от соседней страны. А завывания дежурных милитаристов – о гипотетических вариантах военной эскалации. И – музыка навеяла - о том, как важно уметь различать признаки готовности к войне у противника или как ими можно выгодно играть. Так и разрослось.

***


Совсем короткое литературно-дипломатическое предисловие.

Слушая на днях выступление редактора «Литгазеты» писателя Юрия Полякова на радиостанции «Эхо Москвы», которого спросили о необходимых шагах, на которые, с его точки зрения, должна пойти Украина дабы вернуть «традиционные дружеские отношения с России», я спроектировал его предложения на Эрэфию.

Итак, Эрэфия должна будет:
1) ввести татарский язык (вторая по численности языковая группа) и на латинице в качестве второго государственного языка;
2) признать Северный Кавказ в качестве вилайетов Халифата;
3) признать суверенность самопровозглашённых администраций Сибирской и Дальневосточной республик и предложить им стать конфедеративной частью расширенного Союзного государства (сейчас – между РФ и РБ).

Я почему-то полагаю, что ни одна из существующих в стране русских политических сил, в случае своего прихода к власти на такое не пойдёт, разве что под угрозой ковровой атомной бомбардировки. Поскольку Москва таковой бомбардировкой грозить Киеву не может, то «восстановление традиционной дружбы» - в отечественной просвещенно-имперской версии – явно не актуально.

Но постоянно бродит по российским властным кулуарам плодотворная дебютная идея придумать для Украины такой ужас-ужас-ужас, который воспринимался бы ей как угроза, немедленно понуждающая к капитуляции и сопоставимая с перспективой тотального уничтожения, но куда менее эсхатологическая… Очевидно, что угрозы Медведева разорвать дипотношения явно такое не вытягивают. Тем более что такой разрыв означает необходимость визового режима. И тогда Москве придется решать вопрос со статусом население ОРДЛО – любой эксклюзивный режим для него будет означать фактическое признание «ДНР-ЛНР», т.е. покушение на территориальную целостность Украины ещё раз.

***

Пытаясь разобраться с внезапно разразившимся «крымским Гляйвицем», я вижу три неоспоримых факта:

а) Путин осознал, что быстрого и удачного вмешательства в гражданскую войну в Сирии не будет (скорее, наоборот, будет трясина миниафгана), а также не будет реинтеграции в сообщество цивилизованных стран под демагогическим предлогом «ну, мы же все боремся с международным терроризмом, давайте сплотим ряды», и, следовательно, генеральный вектором российской геополитики вновь становится украинское направление;

б) Путин осознал, что никаких надежд на отмену западных санкций у него нет, несмотря на все клоунские голосования в итальянских региональных парламентах, и поэтому можно с лёгким сердцем выйти из мирного процесса, превратив конфликт с Украиной в «замороженный», подобно конфликтам с Грузией и Молдовой;

в) Путин решил, что Запад сейчас слаб и разрознен, как никогда с того момента, как в прошлом десятилетии Москве, Берлин и Париж выступили единым фронтом против действий Вашингтона в Ираке. Действительно, теракты сделали позицию Олланда необычайно уязвимыми, аналогичный эффект на Меркель оказали скандалы вокруг беженского кризиса (правые же оппоненты Олланда и Меркель согласно российскому законодательству идеально соответствуют критериям «выполняющим функции иностранных агентов»). «Бритоисход» потряс Англию, а атаки Дональда «Дака» Трампа на Хилари Клинтон – Америку.

Однако прежде чем заняться конкретикой нынешнего, стремительно разрастающегося российско-украинского кризиса, я хочу обратить внимание на то, что в международном праве, как и в обычном, кроме кодифицированных норм, есть и нормы «обычные», не просто сложившиеся в течение тысячелетий, но и веками признаваемыми. Вообще, единственным критерием действенности обычного права является именно его широкая признаваемость, интеграция в традицию философской и политической мысли.

К таковым естественным «обычным» правам многовековая традиция, безусловно, относит следующие:
а) право выбора веры (иначе - цивилизационной традиции),
б) право цивилизованного народа восстать против иностранного порабощения или оккупации,
в) право народа восстать против тиранического правления,
г) право на тираномахию.

Более того, поскольку путинско-зорькинская система вообразила себя гарантом международного права (это второе такое (по)замешательство умов отечественных правителей после времён Венского конгресса), то я готов считать легитимным проявлением «обычного» международного права только то, что признанно таковым с точки зрения российской и реабилитированной ныне советской историографий.

Я даже соглашусь с тем, что точки зрения путинско-зорькинской системы создание третьим рейхом Польского генерал-губернаторства в период сентябрь 1939 – июль 1941 года было легитимным с точки зрения международного права, поскольку было признанно советско-германскими соглашениями, и вновь стало нелегитимным только после соглашения Майского-Сикорского 1941 года, признавшего ничтожными правовые последствия для Польши обоих договоров между Гитлером и Сталиным 1939 года.

Так вот, и советская, и российская историография признают безусловное право на вооруженное сопротивление иностранной оккупации и интервенции. Даже до 1917 года российское общественное мнение полностью поддерживало вооруженное сопротивление буров англичанам и сербов Дунайской монархии (после распространения на Боснию императорско-королевского законодательства – вместо формально остающегося до осени 1908 года османского) и такая позиция не опровергалась позицией двора.

Как известно, присоединение Крыма к Эрэфии не было признано легитимным ни одним из компетентных решать этот вопрос международным институтов – ни Генассамблеей ООН, ни Парламентской ассамблеей ОБСЕ, ни Советом Европы.

Впрочем, для любителей прикрыться прецедентом, отмечу, что аналогично не признано и соединение израильского и бывшего иорданского секторов Иерусалима в единое муниципальное образование в качестве столиц Государства Израиль, а также независимость Нагорно-Карабахской республики и Республики Северный Кипр.

Более того, присутствие российских военнослужащих в «Отдельных районах Донецкой и Луганской областей» (ОРДЛО) признано на международном уровне оккупирующим действием.

Современное право регулирует действие сопротивление следующими критериями. Комбатантами (совместно-сражающимися, иначе «партизанами» или «боевиками» - см. скульптуру Шадрина «Рабочий-боевик») признаются те, кто имеет централизованное командование, общие различимые отличительные знаки (хоть ленту на шапке) и соблюдают обычаи и правила войны, т.е. нормы гуманитарного права Женевских конвенций, кстати, запрещающего применение «тактики выжженной земли» даже на собственной территории.

Прицельные нападения комбатантов на оккупирующие гарнизоны, военные части, полицию и административные органы оккупирующей державы не признаются актами терроризма (разумеется, кроме атакованной оккупирующей державы, убеждённой, что любые действия иррегулярных формирований являются терроризмом). Правовые претензии к Организации Освобождения Палестины строились на том, что до 10 июня 1967 года она атаковала цели на территориях, которые критскими соглашениями о перемирии 1949 года были признаны арабскими странами как находящиеся под израильским контролем.

И вот после этих нудных, но необходимых в дальнейшем рассуждений, обратимся к тем крохам, которые нам уже известны и попробуем их проанализировать.

1. Засылаемый диверсионный отряд (в последней версии – 2 отряда) не будет использовать самодельные взрывные устройства – они всегда хуже, слабее и ненадёжней армейских. Причём, самое уязвимое звено – подрыв и детонация. Нам «ФСБ хоум-видео» показало 20 двухкилометровых густорозовых брусков (тола? – прямо из фильма про глушение браконьерами рыбы) с привязанными детонаторами, что делается только перед самой закладкой зарядов. Затем добавляют – это «взрывчатка» для серии минивзрывов на пляжах. Заряд в 2 кг тола, даже безоболочковый, это – очень даже не минивзрыв! Видимо, потом снаряженные детонаторами бруски полагается распилить – каждый на 8-16 кубиков? Но для них нет детонаторов, которые будут сперва вновь отвязаны (а зачем привязали изначально?)… А потом – организовать 160-320 подрывов?

Согласно распространяемой ФСБ версии довольно странно поведение «украинских диверсантов»: через два дня после «провала террористического подполья» (на сегодня – якобы 10 человек) в Армянске, когда «кругом полнейший шухер» (дороги и КПП перекрыты, идёт массированная переброска частей с юга на север полуострова, оцепления и облавы), две увешанные штатным армейским вооружением группы зачем-то идут на прорыв границы – один эпизод среди бела дня – с боем, выдавая подготовку своих действий выдвижением украинской бронегруппы… Всё это приписывается диверсантам страны, два с половиной года ведущей полноценную войну, т.е. весьма опытным. Сообщается о гибели 5 членов группы вторжения (но нам не показывают их тел, что обычно делается спецслужбами при репортажах о ликвидации кавказских «бандформирований»).
Нам показывают одного плотного, но совершенно не похожего на диверсанта мужчину, с избитым лицом, и в двух разных рубашках (первая оказалась потом слишком окровавленной?), которые рассказывает, что украинская военная разведка подрядила его на рекогносцировку будущих целей терактов менее чем за 9 тыс. рублей!

Словом, Штирлиц шёл по Берлину в будёновке, наигрывая на гармошке «Катюшу», через плечо у него свешивались обрезанные парашютные стропы – ещё никогда он не был так близок к провалу…

2. Попытка прорыва диверсионных групп через границу под прикрытием огня бронетехники (скорее всего, подразумевались крупнокалиберные пулемёты) – это акт агрессии, о котором заявляет МИД, а спецслужбы, пограничники и военные дают фактуру: извлечённые из грунта или стен домов осколки мин и пули агрессора; вид воронок; показания пленных; фотографии погибших, сопровождаемые официальными соболезнованиями.

Обязательной стадией реагирования являются немедленное обращение с протестом в Совбез ООН, ОБСЕ и Совет Европы. 10-летним ребёнком я запомнил как быстро и жестко реагировали советские власти на нападения китайцев на советских пограничников на теперь китайском острове Даманский в марте 1969 года.

Но инициативу обращения в ООН отдали Киеву и были очень довольны, что Совбез в ходе консультаций подтвердил необходимость минского процесса! О жалобе на агрессию и терроризм «нелегитимных киевских властей» со стороны Чуркина и речи не было…

Хотя РФ был нанесён не меньший ущерб в живой силе, чем в прошлом ноябре при сбитии турецким перехватчиком бомбардировщика. Причём, огонь якобы вёлся через границу, что по всем международным стандартам кошмар-кошма-кошмар! А градус истерии – на порядок меньше!

Тут был Чуркину и выложить эффектным жестом снимки, да ещё деформированные крупнокалиберные пули от стрельбы украинского бронетранспортёра высыпать из конвертика на стол Совбеза…

Ведь были же звёздные часы человечества: Эдлай Стивенсон, показывающий верещащему Зорькину фотографии советских ракет на Кубе; Джордж Шульц, проигрывающий запись доклада советского лётчика о том, как он только со второй ракеты добил корейский «Боинг» рейса КАЛ-007; Абба Эбан, чеканно ответивший на реплику советского представителя о том, что тому «надоело слушать этот еврейский базар»: пока вы рассуждали о еврейском базаре, еврейские солдаты вышли к Суэцу…

Словом, свистнуто, конечно, было, но свистнуто – откровенно слабо…

Поэтому, чтобы сохранить видимую логичность событий, выдвинем версию, что если всё демонстрируемое нами в последнее время – это не топорная фальсификация в духе Гляйвиц-Майнила, то прорыв был именно в сторону украинских рубежей.

Украинская версия – через границу пробивались российские дезертиры, положившие в итоге почти взвод (2 убитых, 10 раненых) погранотряда ФСБ.

Я же согласен на компромиссную версию. Вот был партизанский отряд с участием только что прибывшего в Крым туристом и арестованного судом гражданина Украины Евгением Панова, а также из неких крымчан-россиян, и когда начались провалы, пошли они через новую границу обратно.

Тут вроде бы становится понятным появление на сцене украинской бронетехники и стыдливое молчание Москвы в течение двух дней о пограничном сражении, в котором, напомню, погибли двое и якобы были ранены 10 российских силовиков. В горячке боя, предполагаю я, преследователи украинских боевиков перешли на ту сторону и были отогнаны огнём украинских частей, а использовать более тяжелые системы вооружения для подавления противника - не решились. Именно поэтому ньюсмейкером темы боя стало именно ФСБ, а не МИД.

Необходимо отметить, что проникновение комбатантов на оккупированную территорию не лишает отряд статуса «партизан». Например, почти все партизанские отряды первой волны во время Великой Отечественной были созданы НКВД и засылались во вражеский тыл, являясь, строго говоря, рейнджерами-пенетраторами. Точно также делали деголлевские бойцы и приданные им в помощь английские и американские (из легендарного Управления стратегических служб генерала Уильяма Донована, которое ЦРУ Аллена Даллеса превзойти в этой сфере так и не смогло) спецназовцы, отправляясь во Францию, к отрядам «макизаров».

Очень важно, что политическая оценка событий, включая конспирологическую связь с недавним покушением на Плотницкого, заявление о прекращении переговорного процесса и, что самое главное, о возращении Кремля к своей февральско-майской позиции 2014 года о нелегитимности («захватили власть и продолжают её удерживать») украинской власти, были сделаны именно Путиным на брифинге, посвященном переговорам с армянской делегацией об урегулирования карабахского кризиса.

Однако официального заявления главы государства, размещённого на его сайте – не было. Нет пока и ноты Смоленской площади, даже ожидаемого градуса резкости блога от Маши Захаровой. Присутствующий же на брифинге Лавров тактично молчал и сей очередной внешнеполитический поворот на украинском направлении никак не комментировал: предполагаю что осмысливал как лучше будет теперь начинать разговоры с западными коллегами: извинительно – «б***, сорри» или, напротив, наступательно - «сорри, б***».

Выдвину гипотезу, что самая проигрышная для украинской стороны версия выглядит приблизительно так.

Участники АТО (из состава гвардии-ополчения) проникли в Крым, где создали подпольно-диверсионную сеть. После её разгрома частично пытались с боем вернуться к своим. Поскольку они проникали на территорию, которую, исходя из позиции ООН, ОБСЕ и Совета Европы, считали оккупированной, то нарушили международное право в значительно меньшей степени, чем отряд Гиркина и казачьи действительно-добровольцы, с оружие в руках вторгшиеся в апреле 2014 года на Донбасс.

Обратим внимание, что приписываемые ФСБ украинскому подполью планы, как уже отмечалось неоднократно, странно менялись. При этом необходимо признать, что планы эти, в изложении отечественных спецслужб: разрушения инфраструктуры (мост), объектов жизнеобеспечения гражданского населения (упоминались газораспределительные сети), покушение на правительственный кортеж крымского начальства, атаки в курортной зоне (и всё это – на плечи семерых!) – оказываются значительно ближе к признакам терроризма (саботаж и слепое поражение мирного населения с целью политического давления), чем к диверсионно-партизанской активности.

Неудивительно, что посол США в Киеве почти немедленно заявил, что российская версия об украинской агрессии, как любит говорить президент Порошенко – фейковая… И вряд ли в данном случае Госдеп не сверил свои позиции с Белым домом.

Теперь о возможных развитиях событий.

Ещё в начале июня всё было переполнено слухами о визите Путина именно в эти дни Минск, где он на личной встрече с Порошенко сенсационно разрулит кризис, подготовкой к чему станет новый обмен украинских узников совести на захваченных российских военных и агентов, а также широкий и окончательный обмен пленными и интернированными в ходе АТО. Вдруг всё отменилось. Ничего принципиального за это время, кроме «Бритоисхода» и скандального разгрома асадистов под «столицей» Халифата Раккой и под Пальмирой не случилось.
Если после всех угроз и российских истерик, путинский пар уйдёт в свисток, то это - сказочный подарок президенту Порошенко, ведь Москва демонстративно сорвала мирный процесс и бряцает оружием.

Может быть, Путин решил так шугануть Запад, в надежде на то, что испуганный Обама и растерянный Керри начнут подгонять «нормандскую тройку» быстро принять все условия сердитого Владимира?

Но три поколения немцев, три поколения поляков, ныне играющих большую роль в ЕС, и три поколения левых (т.е. энциклопедически образованных) французов знают слово «Гляйвиц». А Обама и два поколения американских либералов знают словосочетание «Тонкинский инцидент». И все образованные китайцы и все образованные японцы уже почти 80 лет знают словосочетание «Нанкинский инцидент» («Инцидент на мосту Марко Поло»).

С лидером, который пугает, могут считаться, но не с тем, кто вызывает омерзение и гадливость! Ведь есть вероятность, что подзабытое, сугубо российское выражение «Рязанский сахар» вдруг обретёт такую же мировую известность, как «Чай с полонием»…

Если же в Кремле думают смутить Париж, Лондон, Вашингтон и Берлин тем, что группа украинских боевиков готовила диверсии в Крыму, то, напрасно – современный Запад отлично умеет отличить международный терроризм от резистанс. Тем более что англосаксы (как многовековые русофобы) вовсю поддерживают сирийских повстанцев, среди прочего, периодически сбивающих российские вертолёты.

Северное Причерноморье - не Южное Средиземноморье, и Путин не решиться приказать сделать то, что сделал бы Израиль, произойди похожий инцидент на границе с Ливаном или Газой, а именно – нанести точечный ракетный или артиллерийский «удар возмездия». Хотя симптоматичен очередной хор «полутологов», призывающих именно отбомбиться. Сирию разносить стратосферными бомбардировками уже явно поднадоело: где-то там, далеко, под облаками, уничтожаемые командные пункты и боевая техника – землянки и джипы с пулемётами запрещённых в РФ организаций… А какая же «Святая Русь» – «Новый Израиль», ежели никого не бомбит?

Если Эрэфия готовит блицкриг и встала на путь эскалации кризиса, тогда, разумеется, понятны предостережения «Новой газеты»: не имея возможности прямо обвинить фатерланд в подготовке открытой войны с Украиной, редакция тактично выразила симметричное предостережение обоим сторонам.

ИЗВИНЕНИЯ (вместо послесловия к "Странному" и "Заказному")




Когда я сделал очень важную для меня дилогию: «Странное» http://e-v-ikhlov.livejournal.com/186478.html (о том, чем обусловлены процессы политического и идеологического размежевания стран и партий) и «Заказное» http://e-v-ikhlov.livejournal.com/187126.html  (о базовых социокультурных процессах в странах, находящихся под воздействием соперничающих цивилизационных влияний), то столкнулся с резким непониманием их смысла.

Наверное, я виноват не удосужился дать чёткую отбивку моих тезисов. Итак.


1. «Материнские» Локальные цивилизации обычно имеют Цивилизации-«дочки» или Субцивилизации - модифицированные ими местные культуры, каковые воспринимаются не как «филиалы», но как «зазеркалье».

2. Политически цивилизации чаще всего оформляются как империи, а духовно – в качестве баз мировых религий или их церквей.

3. Между цивилизациями, расположены «лимитрофы» - буферные зоны взаимного воздействия (иногда трёхстороннего – как в Индокитае – ещё и французского, или испанского, или голландского; или на Карибах – французского и английского на латиноамериканское).

4. Все социо-политические процессы, включая идеологическую поляризацию, являются реакцией в странах системы локальной цивилизации на процесс цивилизационного шагового перехода (реформации). Раньше бы сказали – к иной формации.

5. Партии и общественные силы разделяются на сторонников реформации; приверженцев её адаптации к существующей базовой модели и социально-эгоистической трансформации (сравните отношение к демократизации российского общества Сахарова, Горбачёва, Ельцина и Путина, которые просто использовал именно её же для создания номенклатурного авторитаризма) и на противников, стремящихся остановить её методами принудительной архаизации социума, которые выглядят как тоталитарные тенденции.

6. В социо-политических процессах играют и силы (течения), основывающиеся на зонах культуры прошедших и не прошедших реформацию. Причём они могут быть и союзниками. Классический пример – либеральная аристократия и духовенство и прогрессивная буржуазия. Или советские диссиденты и интеллигентная часть «новых русских».

7. Особенная специфика в странах лимитрофных культур, где процесс «наведенной» реформации накладывается на процессы поглощения культуры воздействием наиболее сильного по влиянию соседа или культурной поляризации и раздела лимитрофа, в т.ч. военно-политического, между обоими цивилизациями-соседями. Иногда, впрочем, лимитрофная культура вырабатывает собственное и очень значимое качество, как, например, Московская Русь и Испания в 16 веке.

8. Дочерние культуры-перципиенты всегда хронологически сдвинуты по отношению к культуре соседней (материнской, донорской, индуцирующей) – они либо её социальное прошлое (Россия и Латинская Америка и Западная Европа; Непал и Индия), либо будущее (США и Западная Европа; Япония и Китай; Турция и Арабский мир).

9. Поэтому акторы (действующие участники) политической жизни и философских ресталищ в лимитрофных странах ищут опоры в совсем не синхронных культурных слоях соседних цивилизаций – в тех, которые им понятны.

Например, националист, лишённый возможности вместе с Западной Европой, пережить экзистенциальное отрицание этнического национализма, произошедшее после 1945 года, обречён искать образец в националистических движениях 20-40 годов.

То же самое относится к восточноевропейской и израильской интеллигенции, которая не пережив интенсивное западное «полевение», видит своих - в интеллектуалах «фин-де-сьекля» и в периоде до середины 40-х, когда ещё существовал феномен «правый интеллигент».

ЗАКАЗНОЕ: ЛИМИТРОФНОСТЬ И ПАРТИЙНОСТЬ






После того, как в «Странном: http://e-v-ikhlov.livejournal.com/186478.html   размежевания с цивилизационной точки зрения», где я пытался рассуждать о социокультурных механизмах кризисов и конфликтов последнего времени, мною было уделено внимание и проблеме российской внутрипартийной борьбы с точки зрения взаимодействия внутренних элементов культур, от украинского коллеги, социологи и журналиста Олександра Тертичного я: а) узнал, что  «пишу прозой» - дескать, чего странного, работа в жанре социосинэргетики; б) просьбу сделать аналогичный анализ по Украине.

Сославшись на незнание темы, я отписался одной длинной фразой, в которой было слово лимитроф (промежуточная <межцивилизационная> зона) и рассказал о нашей беседе другу Тертичного профессору Игорю Г. Яковенко, который сказал, что тема лимитрофа очень интересна и её надо развивать. 

Получив двусторонний стимул, я решил немного порассуждать на сию малознакомую мне тему. С точки зрения, вышеупомянутого Игоря Григорьевича и других неизвестных мне его коллег, перед коими спешу извиниться, межцивилизационный лимитроф обладает «зеркальными»  http://e-v-ikhlov.livejournal.com/183718.html свойствами – разделяемые им локальные цивилизации друг для друга являются зазеркальем. Добавлю от себя, что сам же лимитроф, таким образом, являет собой подобие камеры-обскуры. 

То, что ныне именуют «столкновением цивилизаций», часто является битвой  именно за лимитроф. Вроде египетско-ассирийских/вавилонских/сирийских сражений за Ханаан или греческой помощи восставшим Ионическим полисам, с которой начались греко-персидские  войны. Или испанская Реконкиста и русско-османские войны за Новороссию, Кавказ и Балканы. Или американо-английская (за Канаду – неудачная) и американо-мексиканская (за северную Мексику - удачная) войны.

Кроме вышеперечисленных лимитрофов самыми знаменитыми являются Корея, Индокитай и Украина. Но немного о Кавказе. Исторически Кавказ как византийская периферия, а потом граница ислама и иудаизма (Хазария) значительно шире, чем воспринимается ныне.

Его северная граница идёт от Кубани и середины нынешнего Ставрополья, а южная до Леванта (армянской Киликии) и ирано-азербайджанского Тебриза. Русские армии дважды, последний раз в 1946 году, оставляли Тебриз, лишая Азербайджан возможности именоваться Великим.

Турки сузили «лимитрофный» Кавказ с юга армянской резнёй, а Российская империя – с севера – этнической чисткой народов Западного Кавказа (мухаджирство). Кавказ интересен тем, что это лимитроф, в котором цивилизационное влияние прослоено – к православной цивилизации прилегает исламский ареал, а к исламскому – христианские Армения и Грузия.


Поэтому Россия во всех её цивилизационных ипостасях обречена либо воевать на Северном Кавказе, либо поддерживать там режим военной диктатуры, ибо только удержание мусульманских областей обеспечивало стратегический мост к областям христианским, а когда геополитическая потребность в мосте исчезла, появилась потребность в сохранении «конституционной целостности» (не съем, так понадкусаю).    

Если перейти теперь к партиям, необходимо отменить два фактора.

Первый: за партией стоит реальная общественная сила только, если она отражает реальный внутрикультурный, внутрицивилизационный процесс, отношение к нему – помощь, радикализация, торможение, противодействие…

Второе [как я объяснял на моих лекциях в Университете Натальи Нестеровой в 1995-96 годах по моему курсу «Прикладная политология»]: то, что мы называем http://e-v-ikhlov.livejournal.com/145014.html «левые» - это сторонники вероятностного будущего данного социума или цивилизации, в которую он входит (феодалы «левее» сенаторов-рабовладельцев, буржуа «левее» аристократии, инженеры «левее» буржуазии…), а «правые» - это поборники возращения к «целостному», «идеально-первоначальному» состоянию данного социума или цивилизации.  Это значит, что абсурдные нынешние левацкие идеи, вроде «альтернативного глобализма», это туманные картинки некоего будущего. Точно также как нынешнее западное правовое и социальное государство отчасти стало исполнением чаяний библейских пророков.   
Из трёх известных на сегодня разновидностей тоталитаризма – фашизма-нацизма, коммунизма-большевизма и «революционного исламизма», каждый является имитацией средневекового феодализма в условиях католической клерикальной атаки. Только для первого случая это был откат на полтысячелетия, а в двух других – следующий этап цивилизационной http://e-v-ikhlov.livejournal.com/182059.html реформации (компартии как правящие псевдоцеркви; исламское государство и халифат – как клерикальное свержение султанизма).

Я полагаю, что лимитроф, к которому я, наконец, вернулся, обречён переживать три процесса. Он либо целиком «втягивается» в более сильную цивилизацию (если он разделяет материнскую и дочернюю цивилизации, то её интеграция – первый шаг к их культурному сближению); либо стремится сузиться «в ниточку», отдавая свою периферию соседям; либо обретает самостоятельное культурное качество, настолько мощное, что сам становится центром особого ареала.

В последнем случае идеальный пример Испания, которая, изгнав иудеев и мавров, и терроризируя марранов и морисков (те же, но крещённые), а также всех подряд, из потенциального атлантического Карфагена не просто стала центром огромной заатлантической империи, но и – уже в качестве державы Габсбургов – заняла центральную Европу и Нидерланды, а также чуть-чуть не покорила Францию, стоя за спиной Католической лиги во время гражданских (гугенотских) войн.   

Во время описанных мною процессов интеграции или культурной консолидации лимитрофов появляются партии/силы, выступающие либо в поддержку этих процессов, либо в оппонирование их. Например, испанские либералы в XIX (когда они провели три гражданские войны малой интенсивности) и в XX веке последовательно выступали против «особого пути» - за, как говорят нынче, «вхождения в Европу», и, победив, добились полной духовной француизации.  

И вот теперь уже об Украине. Все рассуждающие об лимитрофности Украины, с вычерчиванием векторов геополитического давления, обычно делают два вывода: Украина либо обречена распасться, либо покориться Москве целиком. Геополитический выбор делает победившая партия. В каждом лимитрофном государстве стержнем политики является чередование при дворе сторонников того или иного державного соседа. Но это имеет мало отношения к реальной борьбе глубинных тенденций.

Отмечу на полях. Страшным и непростительным преступлением всех украинских правителей до конца февраля 2014 года было непонимание того очевидного факта, что именно «демократическая» Россия является её естественным врагом и именно исходя из этого, надо было строить всю военную доктрину и планы дислокации воинских частей. Например, в Крыму и в Севастополе обязательно иметь гарнизон с призывниками из Галиции и Волыни. Интервенты обязаны были попытаться его разоружить. Сопротивление со стрельбой – это вооруженный конфликт, требующий прямого вмешательства Совбеза ООН. Это была бы не отправка карателей против самоопределения народа, но защита местного гарнизона от агрессии. Дальше – снабжение «крепостей» через Красный крест. Любая резолюция Совбеза подтверждала бы территориальную целостность Украины.  Провал интервенции на Полуострове предотвратил был её и в Донбассе.

Признаки же государства – потенциального врага просты:
а) оно формально выдвигает территориальные претензии (или в нём очень влиятельны и популярны политические силы, таковые претензии отстаивающие);
б) ты – был частью империи соседа-реваншиста, поэтому любой его реванш будет рано или поздно направлен в твою сторону (очередь Украины настала после Северной Молдовы, Чечни и Грузии);
в) формальная или неформальная, но базовая историографическая доктрина соседа отрицает твою национальную полноценность (точно также как любой, говорящий лишь о замене Израиля «мирным арабо-еврейским палестинским государством», на деле хочет уничтожения еврейского государства).  


Необходимо отметить, что партии/силы в государстве зоны лимитрофа, выступая за интеграцию с цивилизацией-соседкой, обращаются к ней не как к целостности, но к одному из её слоёв-векторов. «Правые» лимитрофники ищут вдохновения в глубинных слоях, отражающих «идеальное прошлое» (матрицу). Это вроде как русские америкофилы, видящие свой образец Соединённых Штатов России исключительно в докеннедиевских временах.   «Левые» лимитрофники – уповают на общее прогрессивное будущее. А «центристы» - восхищаются настоящим у соседа, противополагая его собственной убогости.  

Генеральной тенденции, начавшейся четверть века назад, было сужение лимитрофной зоны на территории Украины (кроме неё, она охватывала страны Балтии, Беларусь, Молдову и – удивитесь – Москву и Санкт-Петербург) и её сдвиг к российским рубежам.

Сперва вне лимитрофа были европейские крестьянские западные области и значительная часть Полуострова и Донбасса, Харьков и Днепропетровск, которые были частью  Русской субцивилизации («дочки» Европы). Постепенно бывший «русский мир» стал лимитрофом – зоной уравновешенного влияния России и Европы, а лимитроф - Европейской Украиной (Киевской Русью). В ходе АТО украинская часть лимитрофа была поделена линией прекращения огня. Если оккупация затянется, то исход украиносознающего населения и психологическая обработка оставшихся русифицирует эти районы.


Теперь о партиях. Украинские националисты, обращая внимание на европейские цивилизационные образцы, и будучи очень правыми, смотрят не только на Запад, но и в его глубь. А там по вектору – националисты Польши и Латвии 30-х годов, в т.ч. отряды сионистов-ревизионистов Жаботинского и молодого Бегина.

Показательно, что одной из причин Первого майдана стало то, что режим Кучмы опирался на лимитрофность Украины. Европеизация, сужения зоны лимитрофности лишало его массовой базы, вынуждая всё больше опираться на административный ресурс, и обрекая его тогдашнего преемника Януковича превратить политику в сражение с Донбассом.


Украинские «левые» (в двойных кавычках) только у восточного соседа могли найти культурный ресурс для сталинизма и своего украиноненавистничества (вроде евреоненавистничества так называемых «евсекций» 20-х годов). 

Интересен Оппоблок (и его предшествующая аватара – «регионалы») – это несостоявшаяся линия российского политического развития – центристско- директорская партия (тогда – «Гражданский союз»»), опирающаяся на патернализм заводских и совхозных работников и населения моногородов, с упором на сугубо местные проблемы, локальную идентичность и склонность снимать остроту проблем (удобно выписывать справки на русском, пусть выписывают на русском, а вопросы идентичности непонятны и не нужны ни работяге, ни инженеру, ни бухгалтеру).

В решающие недели ноября-декабря 2013 года идее демократической европейской Украине они могли противопоставить только заманчивую перспективу «мечты бескрылой приземлённой» - поочередно тянуть деньги от Москвы и от Брюсселя и так постоянно перекредитовываться. Такой режим имеет перспективу. Только ему не прощают чрезмерное битьё и чрезмерное воровство. А «фашызма», как у Ельцина и Путина, заставляющего  прощать сильной власти и битьё, и воровство, у Януковича не было, и он сам угодил на его вакантное место.

Тоже и сейчас: ретранслируемая идея «Оппо» – это спокойно жить за широкой спиной у заботливого директора, хватит революций и катаклизмов, просто РСПП-92.

А вот партии «углубителей революции» – это уже сугубо европейские игры в стилизованное якобинство.