?

Log in

No account? Create an account

ПРИЗЫВАЮ МИЛОСТЬ К ПАДШИМ
e_v_ikhlov






Необходимо понять, что советское («совковое») сознание – это результат наложения обычного традиционалистского менталитета, просто не учитывающего правовые категории (если у них нет сакральной санкции) и менталитета мессианско-утопического (революционно-романтического), исходящего из того, что некое не формализованное выражение общей (соборной) воли – суть высший закон социальной жизни.

Попробуем с этой точки зрения оценить резоны русскоязычного населения Крыма и юго-восточной половины Донбасса.

Русские (русскоязычные славяне), заселившие почти пустой Крымский полуостров после двух циклов этнических чисток – нацистской и советской - искренне считали его своим по праву победителей. Они также искренне не могли разделить победы и завоевания русского народа и Российской империи, ибо их учили тому, что это – историческое тождество.

Передачу Крымского полуострова в статусе области и Севастополя в качестве особого муниципального округа из РСФСР в УССР они восприняли как личную драму. Для их утопического сознания все беды, особенно уничтожение виноградников во время безумия борьбы за трезвость, разворовывания предприятий и оборонных объектов (совершенно аналогичное происходящему в РСФСР и РФ) – были следствием произвола и коррумпированности киевских властей. Их мечтой стало «воссоединение с Россией». Можно говорить и доказывать всё что угодно о ложности и абсурдности этой мечты, но она стала ядром идентичности русской общины Крымского полуострова.

Точно также, как мечта о государственной независимости и национальном суверенитете стала мечтой всех «титульных» народов СССР, но противоположной по вектору. Это была единственная центростремительная по отношению к Москве идея.

Все доводы относительно следованию международному праву и договорам русской общиной Крыма не воспринимаются, поскольку она охвачена приверженностью. советской утопией о верховенстве интуитивной общей воле. Права крымско-татарского народа и части украинской нации в расчёт не принимаются, т.к. они воспринимаются как стремления «пришельцев».

Поскольку русские застали в 1946 «пустой» Крым, то интересы татар и украинцев для них заведомо второстепенны. Свои права на полуостров они базируют на двух мифологемах – 1) мы – первые, 2) это земля полита русской кровью (по этому случаю к русской крови приписывают еврейскую).


Похожее мифотворчество доминирует и на части Донбасса. Тщательно выпестованная этнокультурная особость реализовалась в мечте особых «своих республик» (это – пробуждение рудимента 1918-19 годов, когда каждая область с крупной армией считала себя отдельной республикой). Похожие тенденции были в Китае 20-30 годов прошлого века, однако многотысячелетняя мощь китайской культуры и базовый принцип национального единства, выпестованный традицией, блокировали формирование субэтнической идентичности.

В Украине такой мощной культурной традиции не было, кроме того, на лицо было противостояние двух «культурных полей» - влияния европейской цивилизации и влияния русской (анти)европейской субцивилизации. Из этого родилось представление о возможности существовать одновременно и как «самостоятельные» субнациональные квазигосударства, и искусно лавировать между не просто формально-автономным статусом внутри Украины, но положением влиятельных«штатов», равным Киеву партнёров внутренней политики, и, одновременно, статусом любимых вассалов Москвы (лично Путина). Очевидные выгоды такого положения при инфантильном отказе сознания просто осмыслить нелепость такой ситуации и привели к тому положению, когда есть две придуманные республики, которым всё время неформально дают понять, что они могут стать частью «богатой и могущественной» России, но и влиятельной частью «федерализованной» Украины.

Поскольку традиционалистское, мифопоэтическое (дологическое) сознание исключает возможность рефлексии, то ни крымчане, ни донбассцы не способны осознать шизофренический характер своих чаяний. Напротив, в их мире – они наиболее логичны. И все доводы, что с точки зрения носителей современного сознания их ментальные построения очень близки к мировосприятию пациентов ювенальной психиатрии, для них просто не понятны.

Поэтому я предлагаю их понять и простить, не считать сознательными носителями идей тотального зла, но просто воспринимать как подростков с больным и раздвоенным сознанием. И не радоваться злорадно их бедам и несчастиям, ибо большой грех смеяться над больными и отставшими в развитии.

Послесловие. Мне могут возразить, что даже инфантила можно наказывать за дурное поведение. Но за что наказывать русских крымчан и "лиц донбасской национальности" - за измену украинской родине? Так у них догосударственное сознание - родина - это свою область (или уже вся империя)! Разве изменяли родине жители средневекового графства, когда хотели перейти от одного короля к другому? Это для французского национализма бургундцы - изменники, а для бургундцев была куда предпочтительнее власть далекого лондонских монархов, да еще уже два века назад принявших Великую Хартию вольности, нежели власть парижских деспотов...


КРОВЬ КАРАБАХА (АРЦАХА): СЧЁТ, ПРЕДЪЯВЛЕННЫЙ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТИЛЕТИЯ
e_v_ikhlov





Иногда история восстанавливает справедливость и жестоко наказывает за «грехи отцов». У ленинско-чечеринской дипломатии были две звёздные победы: договор с Ататюрком 1921 года и «соглашение в Рапалло» с Веймарской Германией 1922.

Союз советской России и революционно-националистической Турции похоронил не только планы Антанты по разделу Малой Азии и Среднего Востока, в частности, планы Греции стать региональной державой, он вернул державный статус Турции, а Советам дал возможность закрепиться в Закавказье, особенно в Баку. Трудно себе представить успешное развитие советской экономики, если бы в Азербайджане – почти единственном источнике нефти - было бы такое же мусульманское сопротивление, какое было в Средней Азии. А оно могло быть, если бы вместо светского диктатора-модернизатора в Анкаре был бы пробританский мусульманский правитель, аналогичный аравийским монархам.


Дальновидный Ататюрк взял не очень много – уже завоеванные и опустошенные в ходе армяно-турецкой войны области «турецкой Армении» - гору Арарат и крепости Ван и Карс. Но он потребовал передать советскому Азербайджану Карабах (Арцах) и Нахичевань. Ленин, остро нуждающийся в Баку и в дружбе с Анкарой, «расплатится армянами» согласился, и исторические армянские земли были поделены между Турцией, и двумя советскими социалистическими республиками – Азербайджаном и Грузией, которую в компенсацию за оккупацию и лишение независимости делали «большой».  Почти полностью населённый армянами и важный экономически (Кара-бах – чёрная бахча, плодородный огород) регион не просто был сделан автономной областью Азербайджана и старательно отделён от Армении узким коридором, который сейчас бы назвали «Сектор Лачин». В Лачинской районе жили курды, на них у большевиков были большие виды, но пока эту карту из рукава не доставали (она ждала 1945, а потом 2016 годов), а Лачине учредили «Красный Курдистан» - как эмбрион будущего огромного «Народного Курдистана».

Всё это было стратегически очень красиво и многообещающе, но тут наступил перестроечный ноябрь 1987 года, когда, по словам философа Григория Померанца, «стал слышен оттаявший крик Карабаха». Давайте вспомним, что в антиутопии «День открытых убийств» Даниэля (за который он преимущественно и получил, как клеветник «на советскую действительность», срок в феврале 1966 года), армяне Карабаха за день перебили всё азербайджанское население.

Советские граждане армянской национальности из НКАО (Нагорно-Карабахской Автономной области) попросили ЦК «ленинской партии» переподчинить их близлежащей Армянской СССР. Горбачёв, только в июле оскорбительно отмахнувшийся от требований крымскотатарского народа, и получивший огромную головную боль в виде Ельцина и всё более очевидного внутрипартийного раскола, мер не принял. В середине февраля 1988 началось настоящее мирное восстание не только в НКАО, но и Ереване. Случился самый страшный для советской власти кошмар – националистическое восстание республики. При этом армянская позиция была полностью «советской» - признать права население НКАО на демократическое самоопределение и скорректировать административные границы.  Ведь лишь за 5 лет до этого эксперты по заданию генсека Андропова разрабатывали проект перераздела СССР на полсотни «штатов», исходя из народно-хозяйственной целесообразности. Но эта «наивная простота» армянской стороны и несла самую страшную угрозу, поскольку всем, кроме идеологов в ЦК, было понятно, что нет никакой общесоветской гражданской нации (общности), что криптоидеологией в союзных и автономных республиках стал «титульный» этнический национализм, и что административные границы давно воспринимаются как «священные рубежи» национальных квазигосударств. И поступить «по-советски» в этой ситуации – всё взорвать.

У Горбачева было два приличных выхода: а) разделить НКАО между соседними союзниками республиками, выделив Шушинский район с азербайджанским большинством; б) повысить НКАО до уровня НКАССР, что влекло совсем иное присутствие армян в руководящей номенклатуре, милиции, КГБ, прокуратуре…

Но вместо этого были введены войска, установлен комендантский час, подброшены продукты в магазины…
Произошла Сумгаитская резня. Закавказье стремительно возвращалось в 1905 года. Перестроечная интеллигенция тут же стала на сторону армян, но партийное руководство больше боялось азербайджанцев – как мусульман, способных на фанатизм. Началась настоящая война республик и многотысячный «обмен» населением, как будто это не спор двух «советских национальностей», но греко-турецкая война 1923 года. «Комитет Карабах» стал эталоном для всех, потом возникающих Народных фронтов, как альянс части номенклатуры и интеллигенции - в защиту республиканского суверенитета на базе десталинизации.


В конце ноября Верховный совет АрмССР присоединил НКАО и объявил войну АзССР. Так раздел армянских земель в 1921 году, давший Москве власть над Закавказьем, спустя семь десятилетий взорвал СССР как идею и отобрал у Москвы Закавказье.

Под предлогом Спитакского землетрясения в декабре 1988 года был арестован весь состав «Комитета Карабах» - событие, равноценное для Москвы аресту общества «Мемориал».  В январе 1990 года под предлогом защиты армянского населения советская армия штурмовала Баку и Нахичевань, где к власти пришёл Народный фронт. От ЦК операцией руководил академик Примаков.

В мае 1991 года внутренние войска были брошены против армянских анклавов. Но сразу после краха ГКЧП советские части в НКАО стали армянскими ландскнехтами и разгромили азербайджанцев. Грачев передал армянской стороне танковые части и «суверенная» армия НКАО мгновенно заняла не только «Сектор Лачина», но и Шушинский район, а также полосу территории до иранской границы. Так было в первый раз опробована «гибридная война».

Россия устроила переворот, свергший правительство Народного фронта в Баку. К власти был возвращен ставленник Андропова член Политбюро Гейдар Алиев, и Азербайджан вступил в СНГ. Но режим бывшего генерала КГБ тут же стал проамериканским и протурецким. «Большая» Армения, закрытая щитом российских частей, стала единственным форпостом Москвы на Южном Кавказе, а к власти пришли лидеры молодого поколения карабахского движения и установили вполне коррумированный авторитаризм.  


Поддержка Москвы давала возможность армянской стороне полностью отвергать все претензии Баку, ведь 7 районов Азербайджана были оккупированы и этнически «освобождены». В этих условиях Алиев-сын поступил также как президент Садат, которому надоело наблюдать флаги с магендавидами на той стороне Суэцкого канала – он «разморозил» ситуацию. Осталось только дождаться удобного момента – и он настал: поражение России во Второй Холодной войне и резкое усиление позиций Турции в регионе. Очевидно, что увязнув Донбассе и свернув операции в Сирии, Путин не решится пойти на то, чего много лет боялись недалёкие западные умы – влезть в вооружённый конфликт вокруг НКАО. Баку же выгодно любое «размораживание» кризиса – размещение миротворческих сил фактически закрепит формальную принадлежность Азербайджану оккупированных в 1993 году территорий вне НКР и заставит Совбез ООН уточнять статус Карабаха-Арцаха.

Происходящее ставит Москву в очень неудобное положение. Если Ереван вмешается в войну между Баку и «суверенным» Степанакертом, то Москва должна будет решать: подпадает ли этот случай под систему коллективной безопасности в рамках ОДКБ, тем более, что Армения – единственный военный союзник РФ.

Затем Смоленская площадь обязана будет формально определится по отношению к статусу НКР - это случай «Крым» или случай «Донбасс»: этническое сообщество в рамках автономии, изменившее свой правовой статус и покинувшее «материнское» государство, в состав которого входила; или «автономия», требующая резкого повышения своего статуса («федерализации»), но признающая своё нахождение в составе  «материнского» государства, а про независимость говорящая лишь для «усиления переговорной позиции».  
В результате российская дипломатия либо окажется среди сторонников расчленения Азербайджана – ближайшего союзника Турции, либо «сдаст» Армению и создаст прецедент для деоккупации Донбасса. Есть и ещё возможность – показать себя полностью бессильным и политически полностью выброшенным из региона.