January 2nd, 2016

О правоте Зорькина





Зорькин - человек убеждений скорее криптомонархических. Ему очень не нравится, когда народ свергает правителя. Ему также не нравится революционное разрушение империй. Наоборот, ему нравится их сохранение, включая военный путь. Поэтому он жестоко осудил Запад за возможность косоварам стать независимыми* (в обход возможного вето РФ в Собезе ООН) и поддержал Путина, когда он применил войска в Грузии и против Грузии без положенной санкции Совбеза РФ.

Поэтому в решении КС по делу КПСС, было указано на факты узурпации верхушкой компартии абсолютной власти и об организации верхушкой компартии массовых репрессий. Но эти выводы не были соединены, т.е. не была установлена цель репрессий, их место в захвате и удержаниии оной верхушкой власти. Поэтому, в отличие от нацистского, коммунистический режим не был признан преступным.

Зорькин честно дал понять о своем неприятии резких перемен, отказался по запросу Ельцина признать неконституционным преодоление президентского вето в Госдуме по закону о возвращении Германии трофейных предметов искусства. Сторонники тогдашнего президента РФ апеллировали к жалкой детали - зал заседаний был, сильно преувеличив, скажем, полупустым (голосовали карточками соседей).

Зорькин нарушил процедуру разрешения вопросов КС, когда в марте 1993 проигнорировал узурпацию Верховным советом высшей власти в стране и одновременно обвинил Ельцина в нарушении конституции, запустив этим механизм импичмента (который провалился и привел к апрельскому референдуму - последнему безукоризненному триумфу Ельцина).

Но одновременно Зорькин признал легитимность аншлюсса Крыма, несмотря на все нарушения процедуры. Ибо верность законности привела бы к краху всей путинской политики и его немедленной отставке как организатора интервенции. Поэтому Зорькин спасал стабильность!!! Всегда и везде - имперскую стабильность.

*Вопреки дипломатическим мифам и политологическим легендам, удары американской авиации весной 1999 года не были нарушением международного права. Посол РФ во Франции от имени страны подписал в феврале 1999 года ультиматум Сербии о прекращении карательных войсковых операций в Косово, а Совбез ООН делегировал право разрешить применение силы в случае нарушения условий соглашения Сербии с контактной группой генсеку ООН, а тот - контактной группе, и был создан механизм автоматического начала боевых действий в случае срыва Милошевичем соглашений (причем, в РФ понимали, что значит этот автоматизм). Ельцина же раздражало только то, что с ним не согласовали начало ударов. Позднее, тогдашний председатель российского Совета по внешней политике Сергей Караганов хвастался хитроумием тогдашней российской дипломатии - дать Западу погрузится в конфликт и затем выступить всеобщим примирителем (миссия Черномырдина). Это был такой досирийский вариант возвращения статуса великой державы.