?

Log in

No account? Create an account

Мои "сиквелы": сюжеты и пародии в продолжение известных произведений. Часть 1
e_v_ikhlov
I. По мотивам Бориса Акунина - как Столыпин создавал еврейское государство, а Фандорин предотвращал мировую войну (июль 2011, опубликовано http://vestnikcivitas.ru/pbls/1515)

Принц Иудеи или Притча об исторической обреченности

Авир гарим цалуль ка-яин вэ-рэйах ораним
Ниса бэ-руах hа-арбаим им коль паамоним.
(Прохладен воздух пред закатом, прозрачен, как вино.
Дыханье сосен ароматных и звон колоколов.)

«Иерусалим золотой»

Не спрашивай никогда, по ком звонит колокол: он звонит по тебе.
Джон Донн

          У Станислава Лема была гениальная идея - в тех случаях, когда сюжет важнее психологии, ограничиться рецензиями на несуществующие романы, в которых и излагать идею.
          Если бы я был Акуниным, то написал бы авантюрно-исторический роман «Принц Иудейский». Фандоринского цикла, как бы финал «Турецкого гамбита». Его контуры пришли мне в голову, когда я созерцал всеобщий захлеб по поводу свадьбы принца Уильяма и Кейт Миддлтон. Излагаю сюжет романа.*
          Перенесёмся на сто лет назад, в 1911 год.
          Март. Под Киевом найдено израненное тело подростка Андрюши Ющинского. Так начинается позорнейшее для царской юстиции «дело Бейлиса», ставшее «Полицейской Цусимой».
          Июнь. В марокканский порт Агадир заходит германская канонерская лодка «Пантера». Начинается II Марокканский кризис, убедивший всех политиков и генералов великих держав: общеевропейская война неизбежна.
          Сентябрь. В Киеве революционер-«оборотень» Богров стреляет и ранит премьера Столыпина.
          Дальше развилка. Богрова убивает охрана в момент покушения. Столыпин несильно ранен и выздоравливает.
          Проходит год. В октябре 1912, как и положено, начинается I Балканская война. Столыпин пытается остановить эскалацию конфликта («дайте 20 лет спокойствия»), за что подвергается неистовой травле «панславистов». Одновременно премьер велит прекратить позорящее страну дело Бейлиса. В начале декабря арестована содержательница шалмана Вера Чибиряк, и управляющий кирпичным заводом Менахем-Мендл-Тевье Бейлис выходит на свободу. 11 декабря на Манежную площадь первопрестольной выходят шесть тысяч «истинно русских людей», они начинают молитвенное стояние – протест против «подкупленной жидами прокуратуры». В последующие дни по империи прокатываются еврейские погромы, есть убитые. В Государственной думе поставлен вопрос о гражданском равноправии для иудеев. В ответ новая волна погромов.
          Весна 1913 года. Развивая победоносное наступление, войска сербского генерала Радко Младича начинают кровопролитные бои в пригородах Истамбула. При этом они ведут себя так, что даже сдержанная лондонская «Таймс» выходит с заголовком «Славянские каннибалы». Палата общин требует от военно-морского министра Черчилля «интервенции во имя гуманизма». Британский флот движется к Проливам с юга, Черноморский – с севера. И тут российская дипломатия одерживает сокрушительную победу – реванш за берлинскую конференцию 1878 г.: Османская империя соглашается – в обмен на отход сербских, греческих и болгарских войск от столицы – на создание союзного с Российской империей еврейского государства на Святой Земле.
          Описание синхронной атаки на Столыпина: от Милюкова, каждую статью заканчивавшего словами «Константинополь должен быть русским», до черносотенцев, упрекающих его в предательстве православия, – еще день-два боев и над Айя-София воссиял бы крест (и английские крейсера утопили русскую эскадру).
          Далее идут описания дипломатических интриг. Париж поддерживает Петербург – в обмен на создание автономного Финикийского княжества на Ливанском побережье. Проходит международная конференция. Решено, что возрожденное еврейское государство, разумеется, не будет республикой, но монархией - вассальной к императору Всероссийскому. Поскольку по очевидным причинам подобрать бесхозного немецкого принца, как это было при установлении суверенной монархии в случаях с Грецией, Норвегией, Румынией и Болгарией, в данном случае невозможно, то будущий царь Иудейский должен быть не просто иудей, но из Дома Давидова. Сообщение о восстановлении Страны Израиля вызвало неистовый вал радости в еврейских кругах. Недовольны были только социалисты, которые выступали против создания «кукольной марионеточной монархии».
          Пока в Хайфе высаживался десант и спешно создавались первые структуры новой государственности под временной эгидой российского генерал-губернатора, шла тайная и ответственная работа по отбору кандидатур на иудейский престол. После консультаций с раввинами, собранными на Ваад Четырёх земель (Совет евреев Литвы, Царства Польского, Белоруссии и Украины), выяснилось, представитель наиболее прямой линии - киевлянин Вениамин Ходоров (реальная фамилия потомков царя Давида), уехавший в 1906 г. в Америку и живущий в Нью-Йорке.
          Очень быстро к новоиспеченному американцу Бенджамену Ходору приходит богатый адвокат (по совместительству – русский агент) и «делает предложение, от которого трудно отказаться». Но слышит отказ. Бенджамен – атеист и социалист, профсоюзный смутьян на фабрике Зингера, и быть «марионеточным туземным царьком при кровавом царизме» отказывается наотрез.
          Одновременно стало известно, что и германские круги не дремлют – в Берлине есть своя кандидатура из знатного рода Реб Алтера – молодой гамбургский борец Стефан Сигал. Положение отчаянное – срывается роскошнейшая международная комбинация, отдающая России ключи от Ближнего Востока. Тогда к «мистеру Ходору» приходит целая раввинская делегация – просят встретиться с официальным представителем Петербурга. Этот представитель – тайный советник Эраст Фандорин (надеюсь, что мой любимый автор Акунин не обидится за использование его героя в этой пародии, переделывать его в фон Дорина или Пандорина мне показалось безвкусицей). Эраст Петрович делает это по личной просьбе Столыпина, убедившего его вернуться на службу Отечеству, естественно, с повышением в чине. Трогательные колебания отставного сыщика, всё-таки «завербованного» Петром Аркадьевичем, который расписал ему свои грандиозные планы по преодолению антисемитизма.
          Фандорин передаёт Ходору условия: немедленный императорский указ об отмене запрета евреям черты оседлости селиться за пределами местечек (выполнению запрета посвящен знаменитый ленкомовский спектакль «Поминальная молитва»). Слово дворянина, что через четыре года, в ноябре 1917, черты оседлости не будет. Полная возможность вводить в Иудее самые справедливые законы. Следует неохотное согласие. «Кстати, за мужество и самоотверженность, проявленную Вами в ноябре 1905 года при отпоре антигосударственным погромщикам [тогда жандармерия проморгала, сейчас тот донос очень пригодился], Государь награждает Вас орденом святой Анны III степени и баронским титулом – Вы отныне потомственный дворянин Российской Империи… Так сказать, награда нашла героя [не могут же высшие сановники и сам император принимать простолюдина из мастерской по починке швейных машинок]».
Затем вкусное описание живописного Всемирного Еврейского Собора (Кнессета), избирающего Вениамина ЦАРЁМ ИУДЕЙСКИМ (МЕЛЕК ХА-ЯГУДИ). Также было решено, что дворянства в возрожденном Израиле не будет – только родственники царя будут носить княжеский титул (наси).
          Негодующий уход с Собора делегатов от Бунда («мы хотим социальной демократии на своей земле, а не на окраине Турецкой империи»).
          Тронное имя будет – Реувени Первый, в память о Давиде Реубени, великом вожде еврейства в XVI веке. Еще одна проблема – холостой не может короноваться! У Бенджамена-Вениамина есть невеста – Ревекка (Сора-Рива-Двойра). Но – она простая девчонка! Есть идеальная кандидатура, тоже из давидитов – Дина Абарбанель [напрямую от самого дона Иегуды Абарбанеля!!!], внучка известного львовского кукольного мастера. Поскольку Дина потомок испанских евреев, то произойдет символическое слияние ашкеназийского и сефардского разветвлений еврейства, а их отпрыск – вновь объединит народ Израиля. А Риве – всё, что скажешь: первой статс-дамой, министром призрения… После первого принципиального компромисса, второй идёт уже легче. Первого же намёка оказалось достаточно, чтобы гордая барышня убежала в рыданиях. Всё это, разумеется, происходит в Базеле.

          Далее следует аудиенция принца Иудейского у его сюзерена – Николая II. В почётном карауле – спешно созданное еврейское лейб-конвойное казачество Войска Иерусалимского. Лихие кубанки и «вейся, вейся пейсик кучерявый». Исполняются «Боже, храни Царя» и «Иерусалим золотой». Государь лично выбрал иудеям гимн. «Песню надежды» отверг, как «слишком сионистскую», «Иерушалаим шель захав» ему понравился куда больше – по-русски задумчиво-раздольная и про колокола в ней поётся.
          На аудиенции самодержец заверяет новоиспеченного «венценосного брата», что все иудеи Империи, пожелавшие стать подданными царя Иудейского, обретут всю полноту гражданских прав иностранных поданных, включая свободу передвижения по стране, отмену ограничений на поступление в гимназии и университеты для их детей. Тут Реувени I понимает, как его безбожно «кинули» - российские евреи не получат равноправия, им меняют гражданские права на отказ от политических свобод. Но обратного хода нет.

Описать брожение в еврейской среде в черте оседлости: кто-то собирается ехать (от царя полагаются подъёмные), а кто-то не может расстаться с родным очагом.
          Яростные интриги: заранее лихорадочно делятся министерские посты, подряды на железнодорожное строительство, места под застройку домов, вилл и официальных резиденций…

          Но вот приближается момент венчания. Оно произойдёт у Стены Плача в конце июня 1914. Газеты мира смакуют невиданное событие – впервые за две тысячи лет венчание иудейского принца и принцессы Дины (впрочем, всё называют ее только так: «принцесса Диана»).
Главный куратор проекта – тайный советник Фандорин.
          Во время торжественного проезда по Иерусалиму внезапно выбежавшие молодые люди в бедуинских клетчатых накидках начинают стрелять в пролетку и кидают бомбу. Принц и принцесса погибли. Шок и ужас. Мировое еврейство в безутешном горе.
          Эраст Петрович проводит чудеса оперативно-следственных мероприятий (в духе «Пелагии и Красного петуха» и в тех же местах). Террористы – арабские националисты. Но православные. Очень скоро в руках мастера они начинают «петь кенарем». И - о, ужас!!! - из показаний старшего бомбиста Габриэля абд ар-Ра'уф ал-Кудвах аль-Хусейни следует, что следы заговора ведут в Императорское Палестинское общество. Неутомимый Фандорин проводит расследование уже в Обществе, «копает дальше» и арестовывает организатора. Тот упирается, но, в конце концов, сознается: нити ведут в Петербург. Тайное православное мистическое общество, начитавшись «Протоколов сионских мудрецов» и других опусов Нилуса, пришло к выводу – коронация иудейского царя означает приход Антихриста. Антихристовы планы Столыпина и других врагов православия должны быть разрушены, а на Святой Земле – создано православное опричное царство. Дальше было уже дело техники – сколотить из арабских мальчишек организацию «Красная рука», объяснив, что переселившиеся евреи сгонят арабов с их земли.
          23 июля 1914 года Фандорин идет в спецкомнату давать в Петербург телеграмму с указанием, кого арестовывать и где проводить обыски. Но аппарат уже строчит вовсю. Николай II объявил, что за гнусным заговором и убийством союзной Русскому престолу августейшей четы стоят турецкие круги. Османской империи предъявлен ультиматум: России передаются армянские земли до Киликии; союзному Иудейскому царству передаются Дамаск и другие сирийские территории (сказано в Писании: «границей твоей будет река Евфрат»); в Заиорданье создаётся союзное России Черкесское княжество; дабы в следствии по делу не было заминки – руководить расследованием злодейства на территории Османской империи будет уполномоченный представитель России. Следующей телеграммой действительному тайному советнику (еще один чин добавили) Фандорину Высочайшим повелением предписывается срочно отплыть из Хайфы на эсминце «Стремительный» в Константинополь, где надо разоблачить тайных покровителей убийц… И еще телеграмма – лично от Столыпина: «верю в Вас, Эраст Петрович, только Вы сможете остановить наихудшее», вновь заставившая Фандорина отказаться от отставки.
  
        25 июля султан Абдул-Гамид II заявляет, что Османская империя пала жертвой клеветы, но что во имя сохранения мира он готов предоставить автономию Армянскому княжеству и обсудить вопрос о границах Палестины и Финикии. Однако передать руководство следствием петербургскому чиновнику не может, ибо это было бы поруганием державного достоинства его страны. На улицах турецких городов идут массовые манифестации «Скажем: НЕТ». Начинаются армянские, еврейские и греческие погромы… 26 июля султан издаёт фирман «Об окончательном решении армянского, еврейского и греческого вопроса в Блистательной Порте», где предписывает всем, не чувствующим себя «османами», в течении месяца с необходимой ручной кладью покинуть страну.
          28 июля - для защиты «мирного населения» - в Проливы, как за год до этого, направляется Черноморский флот, а российские части пересекают турецкую границу. «Для сохранения стратегического равновесия и защиты жизни имущества подданных Великобритании» в Галлиполи высаживаются англичане. Составы с германскими и австро-венгерскими войсками непрерывным потоком через болгарскую территорию прибывают в Истамбул. Адмирал Хорти выводит австро-венгерские линкоры из Адриатического моря…
          29 июля Россия объявляет мобилизацию во всех западных и центральных военных округах. Берлин заявляет, что, «как всем известно, мобилизация - это война», и требует её остановить.
          30 июля Берлин объявляет войну России.
          31 июля Париж, «верный свои союзническими обязательствам», объявляет войну Германии. Французские войска вклиниваются в Эльзас, наступая на Молюз и Кольмар. Германские войска входят в Бельгию и осаждают Льеж.
          1 августа 1914 года в войну вступает Россия, и 15 августа, в соответствием с тщательно разработанным полковником Генерального штаба Виктором Резуном секретным планом «Гроза», русские войска одновременно начинают концентрическое наступление на Кёнигсберг, а также атакуют в направлениях на Краков и Львов.

          В это время в тихой, но уютной парижской больнице безутешная Ревекка рожает Вениамину-Реувену посмертного сына. Описать рой агентов всех держав вокруг больницы. Инкогнито прибывает Фандорин. Там он сталкивается с замаскированным Шерлоком Холмсом, которого брат Майкрофт убедил – в очередной раз - спасти Британию…
          При обрезании ребёнка называют Давид. Фандорин, оставляя обоих Холмсов с носом (дань великорусскому патриотизму), убеждает Ревекку переехать в русское посольство: указы о присвоении ей титула баронессы Российской империи и Знаком Отличия Святой Равноапостольной княгини Ольги являются неплохим доводом…
          20 августа Николай II в своем манифесте объявляет цели войны: это война – война духовности с пангерманизмом и пантюркизмом; уничтожение Прусского государства как векового врага славянства; восстановление союзного Царства Польского в исконных рубежах; восстановление союзного Армянского царства; восстановление православного Константинополя; восстановление союзного Царства Давидова во всей древней славе его… [и только несколько человек в империи знают, о каком Давиде идёт речь].
           Наступление русской армии по расходящимся стратегическим направлениям закономерно приводит к военной катастрофе: 17 сентября германские войска выходят к Варшаве, разрезая фронт пополам…
   
             18 сентября в совместном обращении раввинов Германии и Австрии к единоверцам в царской России их призывают не участвовать в братоубийственной войне, не поднимать оружия против соплеменников. В обращении также говорится, что евреи должны добиваться полного равенства прав и свобод в своих странах, как это уже произошло во владениях кайзера и в двуединой Дунайской монархии, а не гнаться за химерой фальшивой государственности среди песков и малярийных болот, выдуманной императором черносотенцев.
27 сентября верховный главнокомандующий России великий князь Николай Николаевич издаёт распоряжение о выселении в 24 часа «иудеев и других иностранцев» из прифронтовой зоны (в нашей реальности такие приказы были изданы в апреле и мае 1915).
          Уже на следующий день на улицах местечек Курляндской и Ковенской губерний появляются объявления: «Всем жидам города и его окрестностей… явиться 16(29) сентября 1914 года на сборные пункты. При себе иметь документы, деньги, ценные вещи, а также теплую одежду, белье и прочее. Кто не выполнит этого распоряжения и будет найдет в другом месте, будет наказан по законам военного времени вплоть до расстреляния»…

________________________________________
* Этот пародийный сюжет - продолжение цикла об исторических альтернативах: об «Иудейской» Руси http://www.gramotey.com/books/1269099180.htm, о ином финале дела Дрейфуса и Первой мировой войны http://www.ej.ru/?a=note&id=8936, о стремительном разгроме Гитлера в 1938 г. http://www.vestnikcivitas.ru/docs/1061, о не менее стремительном разгроме Сталина в 1941 г. http://grani.ru/blogs/free/entries/189771.html, об успехах национал-социалистической «перестройки» http://www.old.zaprava.ru/content/view/1214/.

ЕВГЕНИЙ ИХЛОВ

06.07.2011
***


II. По мотивам романа Василия Аксёнова "Остров Крым". Продолжение. (опубликовано в июне 2013 года)

ЧЕЧЕНСКАЯ СУДЬБА ОСТРОВА КРЫМ
[НАЗВАНИЕ НОВОЕ: В ОРИГИНАЛЕ - ПРОСТО ФРАГМЕНТ СТАТЬИ]


«Напомню, что в романе-антиутопии 35-летней давности Крым — остров, которому оказалась уготована судьба русского Тайваня. Леволиберальные элиты острова начинают сближение с СССР (чтобы подорвать целостность коммунистического тоталитаризма изнутри), но Кремль вместо мирного аншлюса организует вторжение.
… мне было хотелось продолжить историю острова Крым там, где она прервалась в романе, — гипотетическим советским вторжением где-то в 1979–1980 годах.

Итак, проходит несколько лет. Убежавший от оккупантов сын лидера объединительного движения Андрея Лучникова Антон возглавляет в Риме Комитет освобождения Крыма.

На острове, ставшем Восточно-Средиземноморской АССР в составе РСФСР (слово Крым, как синоним свободы, по-прежнему ненавистно советскому руководству), тлеет партизанско-террористическая война "яки-сопротивления" (яки — самоназвание тех, кто считал многонациональный народ Крыма самостоятельной формирующейся нацией).

Чтобы подорвать яки-идею, в ВСАССР создано несколько татарских автономных районов. Возникает татарско-крымский исламистский национализм, вдохновленный недавней Исламской революцией в Иране. Суматошная деятельность генерального куратора Восточного Средиземноморья от ЦК КПСС тайного прогрессиста Марлена Кузенкова (гений Аксенова предвидел в нем соединение двух грядущих перестроечников — Александра Яковлева и Александра Бовина) объявлена блестящей операцией прикрытия, и к 65-й годовщине Октября в 1982 году он получает орден Октябрьской революции (как реальный Яковлев — за идеологическое обеспечение вторжения в Чехословакию). Еще через три года Горбачев делает Кузенкова главным идеологом перестройки.

С точки зрения модной сейчас метастратегии (в духе Переслегина) временная гибель крымской демократии — это гениальная жертва ладьи за возможность поставить шах и мат советской системе путем продвижения антикоммуниста на позицию главного стратега реформирования коммунизма.

В реальности жертва Прагой, давшая карьерный спурт Яковлеву, в качестве выигрыша через 20 лет принесла Москву (а заодно и Прагу, и Варшаву, и Берлин, и Будапешт).

В ходе перестройки все чаще выдвигается лозунг "Сделать, как было в Крыму!". Живой пример еще недавно демократического и рыночного процветающего острова парирует все доводы в пользу коммунистической аскезы, "оборонного сознания" и "особого пути России". Это показывает гениальность первоначального замысла объединительного Союза общей судьбы.

В 1987 году амнистируются и реабилитируются все получившие сроки за "антисоветский так называемый крымский сепаратизм".

В 1989 году Съезд народных депутатов СССР принимает решение "Об усилении полномочий органов власти Крымской автономной советской республики". Крымский народный фронт требует статуса союзной республики.
В 1990 году председатель президиума Верховного совета РСФСР Борис Ельцин подписывает с председателем Крымского Верховного совета Антоном Лучниковым договор о конфедерации, произнеся свои знаменитые слова: "Берите суверенитета, сколько дотащите".

Еще через 5 лет Крымская национальная гвардия заставляет сдаться выброшенный на Симферопольский аэродром десант свежесозданной российской армии (приказ был "одним полком за два часа") и осаждает Севастополь… Так начинается кровавая Первая крымская война.»

***





Мои "сиквелы": сюжеты и пародии в продолжение известных произведений. Часть 2
e_v_ikhlov
III. По мотивам романа братьев Стругацких "Трудно быть богом" и первой его экранизации 26 лет назад Питером Фляйшманом. Продолжение (опубликовано в окончательной редакции в марте 2014 года)








Дни Араты Великого. История победившей Арканарской революции








Конференция известного писателя и публициста Максима КалашниковаGame of Thrones О любимой руке Д.Ланнистера RolemancerГермания. Весна 1525 года. Песни крестьянской войны. Социальная Революция

Революция – это не только погружение в рукотворный ад, иногда это выход из ада.
Сейчас совпали несколько событий – Украинская революция, крымский кризис, российская интервенция и выход в прокат посмертного фильма Алексея Германа «Трудно быть богом» (в оригинале) «История Арканарской резни» - вторая в нашей стране экранизация романа-манифеста братьев Стругацких «Трудно быть богом».

В фильме показан тошнотворный безнадёжный кошмар распадающейся средневековой жизни – максимально точное восприятие интеллектуалами советских времён нынешней российской действительности.
25 года назад была сделана первая экранизация «Трудно быть богом». Западногерманский режиссёр Петер Фляйшман ухитрился сделать на студии Довженко фильм об абортировании землянами средневековой революции, причём, он сделал это в самый разгар восточноевропейской «весны народов».
В финале фляйшмановского фильма «НЛО» землян забрасывают Арканар «шашками с усыпляющим газом» (и мы вспоминаем триметилфентанил из «Норд-Оста»?). А там как раз прирождённый смутьян Арата Горбатый взял из рук раненного Руматы лучемёт (бластер?) и начал косить им ряды серых штурмовиков и дружину Святого Ордена в чёрных рясах, и с этого началось сопротивление клерикальному перевороту.

В оригинале книги оптимизм даётся телеологически – столетий через семь счастливые дети «Арканарской Коммунистической Республик» слушают по учебному стереовизору лекцию о тех страшных событиях.

Давайте попытаемся продолжить события в Арканаре «Года Воды» так как они могли бы происходить в реальности, в реальности книги и первого фильма.

Итак, последние сцены. Земной разведчик-прогрессор Антон (аналог Сикорски в «Обитаемом острове») – он же агент под прикрытием дон Румата Эсторский прорывается с мечами в руках к захваченному Святым Орденом королевскому дворцу и убивает организатора - переворота и клерикальной интервенции бывшего первого министра дона Рэбу. Его эвакуируют на Землю, где он впадает в тяжелейшую депрессию до конца своих дней. Эксперимент с «осторожным подталкиванием» развития на средневековой планете (а по фильму Фляйшмана прекращается эксперимент наблюдения над людьми будущего – как быстро они озвереют в условиях реального средневековья).

При нашей реконструкции учтём, что Стругацкими описано западноевропейское общество времён кризиса Ренессанса, т.е. на рубеже XV-XVI веков. При реконструкции будем брать за образец ход событий в городах Северной Италии и Нидерландов. Конечно, и некоторые другие события, но об этом в послесловии.

Мы не будем мысленно переноситься в мир Полудня (середина XXII века), с его тотальной победой коммунизма-гуманизма. Достаточно описания событий современным языком - т.е. с учетом менталитета рубежа XX-XXI веков.

Итак, как это описано у Аркадия и Бориса Стругацких (светлая им память) в 7 главе романа: …В конце года Воды — такой-то год по новому летоисчислению — центробежные процессы в древней Империи стали значимыми. Воспользовавшись этим, Святой Орден, представляющий, по сути, интересы наиболее реакционных групп феодального общества, которые любыми средствами стремились приостановить диссипацию…

Пусть глава из учебника Новой истории Арканара (часть 1, для педагогических высших учебных заведений) называется «Эпоха Араты Великого» (напомним, что в романе Арата Горбатый, бывший Арата Красивый – друг дона Руматы, бывший вождь нескольких подавленных крестьянских восстаний).

"Современные историки расходятся в своих представлениях о причинах успеха восстания Араты. Предания сообщают о том, что на начальной стадии Арата использовал какое-то чудо-оружие, мечущие молнии и поразил ими интервентов, разрушил стену дворца, за которой прятались серые и черные отряды. Затем якобы армию усыпил таинственный туман, и ворвавшиеся с окраин отряды ремесленников смогли легко перебить врага. Очевидно, что мы имеем дело с объединением в сознании разных событий. Известно, что покровитель Араты – дон Румата из Эстора – якобы отпрыск боковой ветви древнего аристократического рода был известен дружбой с алхимиками и мог наделить Арату пороховыми зарядами, которые должны были повергнуть в панику войска и помочь при осаде дворца. Но секрет пороха не стал известен, и вторично его открыли лишь на полвека позже, несмотря на то, что при правлении Араты Великого этим исследованиям уделялись огромное внимание.
Очень возможно, что ремесленники изготовили бронзовые зеркальца и слепили ими противников. Принесённый с моря туман мог скрыть подготовку к контратаке защитников города. А штурмовики и монахи, дорвавшись до винных кладовых дворца, перепились и стали легкой добычей отрядов Араты. Позднее народное сознание соединило все эти факторы одну сцену блистательной победы, где враг падал как подкошенный рядами, а крепостные стены и орденские корабли распадались в столбах огня.
Существует оригинальная версия о значительно более активном участии Руматы из Эстора в подготовке и начале восстания. Её сторонники считают, что только аристократ мог составить такой остроумный план атаки и что, как правило, «в каждой крестьянской войне не обойтись без рыцаря».

Вообще роль Руматы в биографии Араты до недавнего времени историки недооценивали, что было своеобразной компенсацией за его настоящий культ как таинственного наставника Араты сто лет назад.
Сейчас установлено, что Румата был авантюристом из Империи, присвоивший себе имя умершего в ранней юности малоизвестного аристократа. Румата был необычайно образован, что было для его сословия экстравагантным, он был красив и блестяще сражался (это без сомнение указывает на его дворянское происхождение и даже придворное воспитание – возможно он был внебрачным сыном императорского вельможи или даже самого Маркона Восьмого), богат и имел много связей в разных кругах. Он откровенно покровительствовал поэтам, художникам, учёным, алхимикам и астрологам, в том числе в периоды, когда это было не только не модно, но и опасно. Есть версия, что он принадлежал к эзотерическому аристократическому сообществу. По другой версии, он держал в руках контрабанду драгоценностей и пряностей и, таким образом, за образом блестящего аристократа скрывался создатель первой в Арканаре организованной преступности, что якобы и позволило ему организовать контрпереворот – господство Ордена нарушало торговые связи Арканара. Румата из Эстора, очевидно, привил Арате глубокое уважение к учёности и внимание к развитию техники и строительству, что впоследствии сыграло очень важную роль в реформах Араты Великого.

После того, как ремесленное ополчение под командованием Араты взяло дворец и захватило порт, предав огню орденский флот, на сторону Араты перешли многие серые, разоруженные и обиженные Орденом. К нему также примкнула часть «ночной армии» тогдашнего короля преступного мира Ваги Колеса. Впрочем, сам Вага был убит сподвижниками за предательство – сговор с Рэбой.

Затем к Арканару подошло рыцарское войско, собранное под началом барона Пампы. После победы начался решаться вопрос о легитимации власти. Юный принц погиб, но его мать – вдовствующая королёва согласилась выйти за кузнеца и беглого каторжника Арату, которому историки немедленно нашли следы благородного происхождения (его настоящим отцом якобы был рыцарь, остановившийся на постой во время возвращения из похода в доме сельского кузнеца). Арата, посвященный Пампой в рыцари, был избран Собранием Арканарских земель королём Аратой Первым этого имени. Вариант с избранием королём барона Пампы отпал – рыцарская дружина быстро разъехалась по родовым гнёздам, а в большом портовом городе у провинциального аристократа поддержка была слабая. Барон удовлетворился званием главнокомандующего и начальника Гвардии Золотых Плюмажей из самый лучших представителей дворянского войска.

Арата Первый немедленно начал свои блистательные реформы. Он широко наделил крестьян землёй, использовав королевский и монастырские фонды, а также владения нелояльных помещиков. Были отменены многие повинности, снижены пошлины. В результате возник мощный класс свободных землепашцев, быстро насытивший Арканар провиантом. В городах было введено магистратское самоуправление, а в королевстве Сенат из представителей сословий и городов. Был создан Суд Равных из 13 представителей для разборов уголовных дел, и Купеческий Суд. Был учреждён Арканарский Университет, куда съехались ученые люди отовсюду, даже из империи. Была установлена веротерпимость. Было основано книгопечатание, открылись школы, куда даже брали фермерских детей. Низкие налоги на ремесленников привели к тому, что Арканар стал настоящей мастерской империи. Драгоценная утварь, доспехи, оружие и тонкое сукно из Арканара расходились по всему миру. Были расширены верфи и началось строительство мощного флота. Через три года молодой арканарский флот победил дотоле непревзойдённый флот Торговой Республики Соан и вышел на океанский простор. Поражение имперского флота позволило Арканару начать освоение Дальних берегов. Был основан Новый Арканар.


Историки много спорят таком противоречивом внешнеполитическом шаге Араты Великого как Большой Ируканский компромисс. Арканарские преобразования вызвали как резкую неприязнь августейших соседей Араты I, так и серьезные брожения их подданных. Поэтому с одной стороны, начала формироваться антиарканарская коалиция, финансовым спонсором которой был Соан, а политическим лично император, но с другой стороны, в Великом Герцогстве Ируканском вспыхнуло восстание крестьян, поддержанных городской беднотой. Арата тайно поддерживал восставших оружием, продовольствием и деньгами. Некоторые его атаманы даже перебрались через границу, чтобы помочь своим немалым боевым опытом. Но когда Великий герцог получил вооруженную помощь от соседей, а арканарская поддержка явно становилась предлогом для интервенции, причём, интервенты явно могли рассчитывать на поддержку аристократической оппозиции, Арата отказался послать войска на помощь восставшим, и даже осудил бунтарей. Ируканское восстание было потоплено в крови. Король Арата впустил беглецов, но работу они смогли найти только на доках и в шахтах. Король и герцог заключили «союз на черепах». Арата избавился от угрозы войны. Впрочем, часть историков считают, что поддерживая восстания своей армией, он мог присоединить к себе не только Ирукан, но и другие части империи, создав свою собственную империю, и что своим компромиссом он пожертвовал великим будущим Арканарской державы. Необходимо сказать, что хотя, воспользовавшись Большим компромиссом, соседние монархи подавили все выступления и бунты, но, напуганные, а главное, пораженные успехами Арканара, постепенно стали уменьшать подати, смягчили положение крестьян и позволили городам завести магистраты.

Картину всеобщего процветания и стремительного роста богатства и могущества Арканара затемняли только два фактора: затянувшаяся, хоть и вялая война с горцами, привыкшими к набегам на приграничные провинции и постоянное недовольство аристократов, полностью утративших контроль над городами и сильно теснимых вольными землепашцами. Аристократы всё время организовывали заговоры, один раз даже вовлекая в свою интригу королеву, а собранные ими наёмные отряды регулярно конфликтовали с фермерским ополчением и даже пытались нападать на отряды коммун небольших городов. Как известно, именно в честь самоотверженных коммунаров - бойцов этих отрядов, защищавших традиционные вольности, была названа Арканарская Республика после падения монархии.

Для разрешения двух основных внутренних трудностей, король Арата Великий решил объединить их решение в одно – он предложил аристократии любые имения в Новом Арканаре, а горцев пригласил стать щедро оплачиваемыми наёмниками для завоевания новых территорий на Дальних берегах. Согласия дворянства и дикарей сняло внутренние проблемы королевства, однако, как известно, создало новые огромные проблемы в будущем. Жестокость горцев привела к тому, что племена туземцев Дальних берегов создали военный союз и не только остановили экспансию Нового Арканара, но и стали разорять его земли своими набегами, однажды даже осадив столицу колонии. А аристократы, став латифундистами, вошли в непрекращающийся конфликт с фермерами-поселенцами, пытаясь вынудить их стать вассалами. После того, как аристократы попытались направить горцев-наёмников на отряды фермеров, те заявили, что отделяют свою часть Нового Арканара и создают своё отдельное королевство. А когда Арата Великий приказал арестовать трёх дворян, наёмные отряды которых чаще всего нападали на фермеров (это было условием возвращения новопровозглашенного королевства обратно), но об отложении заявили уже аристократы.

Всё это ослабило Арканар и дало повод к недовольству. Неурожай, вызванной полосой похолодания (как раз наступил Малый климатический пессимум) и эпидемия, видимо, завезённая из колонии, привели к тому, что скромно державшиеся долгие годы монахи из Ордена «Грязных сандалий», подняли простонародье на мятеж, обвиняя во всех бедах колдунов из Университета. Во время мятежа Университет был подожжен, обсерватория разрушена. Погибла огромная библиотека. Рассвирепевший король Арата, видя как на о глазах гибнет его любимое детище, бросил на погромщиков Гвардию, собранную для экспедиции в колонию. «Золотые плюмажи» прошли по арканарским улицам огнём и мечом. Когда в бой втянулись отряды магистрата, рыцари разогнали Совет города. Арата Великий пытался остановить резню всех против всех на улицах столицы, но был убит арбалетным болтом в спину (из-за горба он не мог носить доспехи и пользовался только специально скроенной кольчугой). Так последний день его правления повторил первый. Этими трагическими событиями завершился Серебряный век Арканара, ибо название Золотого история сохраняет за временем правления Маркона Четвертого Великолепного."

Послесловие.

В этом отрывке из воображаемого курса арканарской истории нет случайностей. Похожие реформы проводились в Голландии, после освобождения от испанского ига. Некоторые элементы реформ – это первый период правления Ивана IV и, конечно, елизаветинская Англия. Победа городов над аристократией – это коммунальные революции, включая Битву золотых шпор в Бельгии. Расцвет наук и искусств повторяет спурт итальянских городов после того, как в них устремились учёные и мастера из павшего Константинополя. Дворянская Гвардия Пампы намёк на Гвардию вернейшего сподвижника Жанны Дарк барона Жиля де Реца. О решающем рыцарском участии в Крестьянской войне в Германии широко известно. События в заокеанской колонии Новый Арканар объединили провозглашение независимости США, где последней каплей стало натравливание Англией на восставших колонистов индейских племён, и раскол Соединенных Штатов почти век спустя из-за конфликтов фермеров и рабовладельцев при освоении Запада. Антиуниверситетские погромы имеют свои образцом события во Флоренции времён Саванаролы, когда эпидемия сифилиса спровоцировала взрыв исторического покаяния и даже Ботичелли сам жёг свои картины на площади - «как греховные». История с замужеством Араты на королевской вдове не так уж фантастично – в 1794 году Робеспьер всерьез обсуждал женитьбу на сестре казнённого Людовика – это сделало бы его легитимным правителем и лишило бы врагов Франции такого предлога для войны, как «восстановление законной династии». История о спешно сочинённом придворными легенды о якобы внезапно вскрывшимся благородном происхождении Араты Красивого пародирует известнейший киносюжет о кузнеце, оказавшимся незаконнорожденным сыном владетельного рыцаря-крестоносца и возглавившим оборону Иерусалима от армии Саладина. Название фанатичного монашеского ордена «Грязных Сандалий» навеяно следующим отрывком из 1 главы «Трудно быть богом»: «Горан Ируканский в "Истории Пришествия" писал: "Когда бог, спустившись с неба, вышел к народу из Питанских болот, ноги его были в грязи". — За что Горана и сожгли, — мрачно сказал Румата». Вероятнее всего, что в реальной истории, после дискредитации официального церковного направления, связанного с «черными», вверх взяло был диссидентское направление, поднявшее на щит именно то, что раньше причисляли к ереси, в том числе и легенду о «грязи на божественных ногах» - как знак особого смирения и погружения небесной силы в тварную материю.

Если же говорить об общем замысле, то он посвящен тому, что историю не перехитрить и за резкий прорыв к прогрессу приходится платить тяжелейшим откатом. И ещё тому, насколько хрупок слой просвещения. Собственно, Арата Великий сделал то, что хотел сделать с Арканаром прогрессор Антон (дон Румата), если бы он решился вести себя как Аватар в одноимённом фильме. Стругацкие исходили из того, что без мудрых землян-прогрессоров даже успешное восстание против «серых» и Рэбы обернётся гибелью Арканара. Вот эти размышления Руматы-Антона: «Но одна только мысль о том, что тысячи других, пусть менее талантливых, но тоже честных, по-настоящему благородных людей фатально обречены, вызывала в груди ледяной холод и ощущение собственной подлости. Временами это ощущение становилось таким острым, что сознание помрачалось, и Румата словно наяву видел спины серой сволочи, озаряемые лиловыми вспышками выстрелов, и перекошенную животным ужасом всегда такую незаметную, бледненькую физиономию дона Рэбы и медленно обрушивающуюся внутрь себя Веселую Башню… Да, это было бы сладостно. Это было бы настоящее дело. Настоящее макроскопическое воздействие. Но потом… Да, они в Институте правы. Потом неизбежное. Кровавый хаос в стране. Ночная армия Ваги, выходящая на поверхность, десять тысяч головорезов, отлученных всеми церквами, насильников, убийц, растлителей; орды меднокожих варваров, спускающиеся с гор и истребляющие все живое, от младенцев до стариков; громадные толпы слепых от ужаса крестьян и горожан, бегущих в леса, в горы, в пустыни; и твои сторонники — веселые люди, смелые люди! — вспарывающие друг другу животы в жесточайшей борьбе за власть и за право владеть пулеметом после твоей неизбежно насильственной смерти… И эта нелепая смерть — из чаши вина, поданной лучшим другом, или от арбалетной стрелы, свистнувшей в спину из-за портьеры. И окаменевшее лицо того, кто будет послан с Земли тебе на смену и найдет страну, обезлюдевшую, залитую кровью, догорающую пожарищами, в которой все, все, все придется начинать сначала…».

Но в реальности Арата имел шанс не только победить и создать блестящую и великую державу. Такие державы создавали вожди победоносных крестьянских восстаний в Древнем Египте и в Китае, когда восстание Красных повязок привело к свержению монголов и установлению династии Минь. Нидерландские гёзы, вытащившие свою страну из воронки самой чёрной испанской имперско-клерикальной реакции. Или, вообразим победу альянса бедного рыцарства и германских крестьян под руководством Ульриха фон Гуттена или Гёца фон Берлихингена, которая переламывает хребет контрреформации, и Германия 16 века идёт «нидерландским путём».



Благотворительный госпиталь в джунглях. Притча
e_v_ikhlov





Монахи против хунтыЛивийские повстанцы добрались до крепостей Каддафи Новости в фотографиях2008 Февраль Гольф-новостиЧавес жив: Венесуэла "воскресила" Красного Полковника Туризм в Венесуэле

Вот представьте, что в некоей покрытой джунглями стране, где царит УЖАС («умеренно-жестокая авторитарная система» - понятие, созданное лет 40 назад американскими политологами для оправдания поддержки правых диктатур в борьбе левыми движениями) — Бирме, Сальвадоре или Гвинее, при поддержке (допустим) фонда Сороса создан госпиталь. Неплохие оклады (для туземных условий), отличное оборудование, строгий контроль за санитарией. Руководство поручено известнейшему профессору медицины, с надежнейшей репутацией гуманиста — некоему местному аналогу Швейцера. Соответственно и штат подбирается из врачей-гуманистов, сторонников «открытого общества». Обслуживание, естественно, бесплатное, что с учётом жутких местных условий и полного отсутствия финансово доступной для 99% населения медицины вызывает огромный ажиотажный спрос. Врачи трудятся на износ, не отрываясь от созерцания социальных и физиологических язв своего народа.

Правящей «кровавой генеральской хунте» такой госпиталь поначалу нравится: тут и позитивная коррекция имиджа, и привлечение инвестиций и явное улучшение статистики в отчетах ВОЗ. Однако начинаются проблемы: врачи тайно лечат раненых партизан и передают в джунгли лекарства и перевязочный материал.

У врачей госпиталя очень высокая самооценка. Они бесконечно презирают и осуждают «полицейских медикусов», которые осматривают жертв пыток, давая согласие на их продолжение, и выписывают фальшивые свидетельства о смерти жертв тайных казней и истязаний. Они смотрят сверху вниз на очень высоко оплачиваемых врачей частных клиник для элиты, которые, по их мнению, профанируют благородную профессию врача, зарабатывая бешеные бабки на косметических операциях - жёнам и дочерям генералов, министров и олигархов и тайных абортах - их малолетним любовницам. Но созерцание быстрого расцвета коммерческой медицины постепенно отравляет их души недостойным чувством зависти. Между тем авторитарная модернизация джунглевой страны привело к революции цен: оклады в благотворительном госпитале становятся всё ниже, а суровый благотворитель убеждён, что врачи-гуманисты должны трудиться из высоких соображений общечеловеческих принципов. Начинается медленная перетечка врачей из госпиталя в частные клиники.

Врачи другого уровня и особенно парамедики начинают брать у пациентов «благодарность», лечить — по блату — венерические заболевания офицеров и те же аборты — их подругам, даже потихоньку приторговывать лекарствами. Разумеется, начинаются скандалы. Например, сержант, устроивший «провокацию» (хлебнувший пивка до завершения курса антибиотиков и удивившийся, что почти вылеченный ему за десяток баксов триппер победоносно вернулся) пишет в прокуратуру заявление о мошенничестве.

Тем временем новый, ещё более кровавый, состав генеральской хунты принимает решение, что вся прибыль от госпиталя (улучшение имиджа, подготовка кадров и некоторое улучшение эпидемиологической обстановки) уже не уравновешивает убытков: публикаций о неблагоприятной санитарно-гигиенической ситуации в мировой прессе и существование независимой профессиональной элиты. Поэтому издается декрет о том, что все медицинские учреждения, финансируемые из-за границы, должны обозначить себя как «филиалы враждебный сил» (ФВС) и ставить оттиск «ФВС» на все рецепты, бюллетени и медицинские справки. Разумеется, в аптеках эти рецепты не берут, а справки — считают недействительными...

Одновременно разворачивается бурная кампания против госпиталя и его спонсора: упоминаются «поддержка терроризма» (лечение раненых партизан и попавших под раздачу при карательных операциях мирных жителей), «клевета на родную родину» (доклады о реальном состояние со здравоохранением в стране, как назло, выходящие перед самым очередным визитом главхунтиста на саммит); в ход идут громогласные жалобы недолеченного сержанта-триппероносца и признания фельдшера, как от «толкнул» пачку анальгетиков за бутылку джина...

И тут оная еще более кровавая генеральская хунта (ЕБКГХ) заявляет, что значительно выросшая за годы её благодетельного правления финансовая сторона вопроса позволяет взять благотворительный госпиталь на казённый кошт, чем избавить от необходимости побираться у заморских джунглевраждебных сил. И прижатый обстоятельствами к стенке - хорошо, что офисной, а не расстрельного подвала - главврач госпиталя уже расписал в своих интервью как важно и символично получить поддержку для отечественной медицины именно из отечественных источников.

Только вот, добавила ЕБКГХ, ко всем финотчетам должен обязательно прикладываться список пациентов с диагнозами. А в публикациях врачей не должно быть клеветы и очернения...

Да, нет, вы не подумайте, госпиталь себе исправно работает — должна же быть и в джунглях доступная медицина.