May 21st, 2014

Мятеж ради мятежа: этимология донбасской революции

Парижская Коммуна (18.3—28.5 1871 г.)
Рассуждая о феномене того, что я условно бы назвал "Донбасская революция", я с трудом нахожу определение данного феномена.

Прежде всего, это - не гражданская война, поскольку в ходе гражданской войны сражаются за право определять будущее общей страны, общей гражданской нации.
Донбассцы сражаются за создание некоей "Новороссии", государства, если гипотетически и вынужденное быть связанным с Украиной конфедеративным договором (это и обозначает эвфемизм "федерализация"), но - в любом случае - не составляющем единой украинской нации.

Некоторое время я полагал, что это - межобщинный вооруженный конфликт, как в Северной Ирландии, Ливане; конфликт между украинцами и руссифицированным населением, идентифицирующем себя с бывшей русской империей*, которое хочет сохранить русскоязычную среду вокруг себя и свою ностальгическую советскую идентичность, и в следствие этого, воспринимающее неизбежную украинизацию в украинском государстве как националистическую угрозу.  Но слабая поддержка новых государств местными элитами эту версию опровергает. А любое движение за права этно-языковых или этно-конфессиональных общин всегда опирается на интеллектуальные элиты и поддержку среднего класса. Стало ясно, что никакого "новороссийского" субэтноса, сравнимого по консолидации с французами канадского Квебека, фламандцами Бельгии и даже с автономистами Северной Италии, не существует.

Это не "Вандейский" (контрреволюционный) мятеж. Таковым была мартовская "Русская весна", когда митинговали с портетами Януковича. С моей точки зрения это, напротив, радикализация Майдана в форме антибуржуазной социальной революции. То, что я уже несколько раз назвал "неосоветские республики", по аналогии с феноменом 1918-19 годов: Венгерская советская  республика, Баварская советская республика и проч.

Скорее всего, это - феномен восставшего края (города), который в поисках защиты от государства и пользуясь приграничным положением, заявляет об отделении, собственной государственности. Если бы восставший ровно 34 года назад южнокорейский город Кванджу граничил с Кореей Северной, то восставшие, не смотря на то, что выступали под демократическими лозунгами, заявляли бы о стремлении присоединиться к КНДР.
Очевидно, что граничь "советские" Венгрия или Бавария 1918 годов с Советской Россией, они бы заявляли о вступлении в неё или в военно-политический союз с ней.
Если бы Парижская коммуна граничила бы с революционной гарибальдийской Италией, то она бы заявила о присоединении к ней - для создания единой "Романской Федеративной Народной республики".

Теперь о сути донбасской революции. Это - ярчайшее проявление того, что марксисты вековой давности презрительно именовали бланкизмом. Захват власти вооруженными повстанцами (профессиональными революционерами), которые уже потом, опираясь на "оккупированное" государство, создают себе массовую поддержку. То, что в Европе  воспринималось как авантюризм, оказалось эффективно в Азии и Латинской Америке. Не зря Мао учил "Винтовка рождает власть". И сейчас мы убедимся, где с точки зрения культуры находится Донбасс - ближе к Восточной Европе, или ближе к Кубе и Боливии.

* Так протестанты ("оранжисты") в Северной Ирландии, потомки шотландских переселенцев, ассоцируют себя с британской империей, в пику ирландцам-католикам, считающем свой ментальной столицей не Лондон, но Дублин.