August 22nd, 2013

ЕГЭ для взрослых: вспомнить провокаторов

Друзья часто критикуют меня за привязанность к историческим аналогиям, утверждая, что история значительно более вариативна. Я, со своей стороны, регулярно убеждаюсь в том, что реальность примитивней самого вульгарного триллера или дешевейшего из детективов.
Читатели, представьте себя 80 лет назад – летом 1933 года. В гитлеровской Германии вовсю идёт предельно разрекламированный процесс над «поджигателями» Рейхстага. Гособвинение представляет министр внутренних дел Пруссии (это 2/3 Германии) Герман Геринг. На скамье подсудимых истеричный левак голландец Маринус Ван дер Люббе (взят с поличным на месте преступления - по официальной версии поджёг зал заседания парламента с помощью пригоршни серных шариков для розжига камина, пламя же раздувал, размахивая тлеющей рубахой), формальный лидер германской компартии Торглер и три подпольных эмиссара Коминтерна – болгары Димитров, Танев и Попов. И вдруг от несколько эмигрантов из Германии – коммунистов и левых социал-демократов становится известно, что где-то в середине февраля 1933 года к ним подходили странные субъекты и говорили: идёт фашизм, митинговой болтовней Гитлера не остановишь – нужно пролетарской восстание. А сигналом к нему будет показательный крах символа прогнившей буржуазной республики - ну, например, запалить как свечку рейхстаг. А после мартовского утверждения чрезвычайного положения в Германии, этих типов видели в структурах нового режима. Паззл (которого тогда ещё не изобрели) мгновенно складывается – и итак распропагандированное Коминтерном общественное мнение получает неубиваемый довод в пользу того, что поджёг Рейхстага – нацистская провокация.
Это я к заявлению адвокатов узника совести Даниила Константинова о том, что причиной фабрикации против него обвинения в убийстве является демонстративный и оскорбительный отказ в ответ на предложение одного из вхожего к Суркову спонсоров радикал-националистов напасть 10 декабря 2011 года (в день первой Болотной). За это сулили 2 миллиона евро – от «патриотического бизнеса» на «патриотические цели».
По мнению защитников Константинова, его отказ позволил избежать в декабре расправы над оппозицией – подобной той, что всё таки случилась в следующем мае, хотя и в более вегетарианском варианте.
Добавлю от себя – удалось предотвратить такой же тотальный разгром оппозиции, какой случился за год до того в Минске, причём, при очень похожих обстоятельствах. Иначе уже год как тянулся бы не «Болотной» процесс, но «Охотный».

А теперь - тренировка памяти, вроде ЕГЭ.
Назовите фамилию очень известного общественного деятеля, который, начиная с 9 декабря 2011 года, ежедневно поносит либеральных деятелей, согласившихся перенести митинг с площади Революции на Болотную, и отказавшихся в тот вечер «от решительных действий».
Назовите фамилию самого решительного депутата в ходе событий 6 мая. Вспомните, что ни один блогер, из тех, кто полтора года назад призывал пускать на ОМОН снегоуборочные комбайны и к прочим радикальным действиям, не был даже опрошен центром по противодействию экстремизма (по крайней мере, не жаловался на такое «преследование»), тем более, не был привлечён к ответственности. И, пожалуйста, не забудьте их имена.