December 6th, 2012

Саморазобачение Лимонова

Гражданин обвинитель

Евгений Ихлов (в блоге Свободное место) 06.12.2012

Среди диссидентов коммунистических стран действовал четкий нравственный принцип: если, не выдержав давления, человек отказывался от общественной активности и уходил в философские искания, «нравственное самосовершенствование», частную жизнь (так элегантно называли домашний алкоголизм) - это было понятно и извинительно. Понятно и извинительно было и если избегать лагеря приходилось ценой покаянных самообличений, публичного валяния в грязи - на страницах «Литгазеты» и даже на телеэкране, в перерыве футбольного матча.

Однако недопустимым считалось при «раскаяниях» обличать других, называя их не просто «сбившимися с пути», «обманутыми», но «врагами» и «орудиями враждебных сил». Такой поступок вычеркивал из круга приличных людей.

Я понимаю причины раздражения Лимонова - год назад у него выхватили знамя протеста, который он любовно взлелеял и идейно вдохновил (обрушить на голову наивных либералов их же ностальгический лозунг «Соблюдайте вашу Конституцию» в форме Стратегии-31 - это признак политической гениальности). И с этих пор он окончательно превратился в «Марата» - политического пророка, нещадно бичующего других общественных лидеров, осыпающего их нескончаемыми обвинениями в трусости, нерешительности, предательстве и измене. Подобный «Марат» - необходимая социальная функция для любой уважающей себя революции. Двадцать лет назад в этой роли, например, побывала Валерия Новодворская.

Но тут Эдуард Вениаминович совершил поступок, еще раз для меня подтвердивший мою правоту (в мае 2011 года я призвал к бойкоту всех его общественных начинаний - тогда речь шла о его поддержке палача Сребреницы, генерал-полковника Ратко Младича). Как обычно, яростно обрушиваясь на либералов, 10 декабря 2011 года «сливших протест», Лимонов (возможно, в запале) проговорился о том, что именно он хотел получить год назад на площади Революции. Говоря о событиях 6 мая на Болотной площади, он с удовлетворением отметил: «В тот день события вышли из-под их (по выражению Лимонова, трусливых и коварных "лидеров", испугавшихся протеста) контроля». Но как Эдуард Вениаминович характеризует сами понравившиеся ему события 6 мая? Полностью солидаризуясь с позицией правоохранительных органов и выступая против позиции известных юристов и правозащитников, Лимонов называет их «БЕСПОРЯДКАМИ».

Пусть знают «узники 6 мая» (в том числе и, как принято говорить, «сторонники Эдуарда Лимонова»), их родные и друзья - Лимонов полностью поддержал гособвинение.

Пусть знают те, кто мудро не поверил Лимонову год назад (а также те, кого до сих пор мучают искренние сомнения - не надо ли было тогда попробовать «обострить»), - 10 декабря 2011 года он жаждал «болотных событий». Правда, тогда перепуганная власть могла и сорваться в кровопролитие. И, возможно, в подкрепление правоты карателей мы услышали бы от несостоявшегося вождя новой русской революции - «были беспорядки»…