e_v_ikhlov (e_v_ikhlov) wrote,
e_v_ikhlov
e_v_ikhlov

АБСТРАКТНОЕ: КРАСНАЯ ШАПОЧКА И ПРОСНУВШИЙСЯ ВОЛК





Все разборы знаменитейшей сказки Перро про Красную шапочку отмечали, что её героиня не упустила ни одного шанса стать жертвой Серого волка. И дело не в её нарочитой клинической виктимности, но в старании сочинителей собрать – в назидание отроковицам – все неправильные варианты поведения.

В нашумевшем флэшмобе исповедей жертв изнасилования огромное внимание было уделено тому, что виктимное поведение ни коем разе не оправдывает насильника. Но сиё отнюдь не значит, что и потенциальные жертвы не должны избегать виктимного поведения.

Некоторое время тому назад я упомянул преступную близорукость всех «до февральских» украинских властей, не понимавших, что c момента объявления Украиной госнезависимости в границах УССР, её виктимность (вероятность стать жертвой) Эрэфии необратимо стремится к 1, но не готовивших к этому катаклизму ни общество, ни армию. В т.ч. с точки зрения дислокации и принципов рекрутирования вооружённых сил: например, крымские гарнизоны должны были формировать практически только из призывников, а лучше - контрактников из западных областей и Киева и с солидными осадными запасами.

В отличие от России-матушки, где и романистика (альтернативщики), и публицисты, и общественно-политические деятели двадцать два года готовили общественность к войне с Украиной и её расчленению.  Перечисленные мною тогда критерии виктимности для государства/нации применительно к Украине и украинцам, я хочу расширить до некой универсальности. С конкретными примерами, разумеется.
Итак, государство с очень высокой (достаточной для определения параметров военного планирования на одно-два поколения) вероятностью станет жертвой агрессии со стороны соседа, если оно подпадает под следующие признаки.

1.     В прошлом полностью или частично входило в его состав и общим мнением в бывшей страны-владелицы является отрицание существования новой нации и полноценности нового государства.

Единственной гарантией безопасности здесь служат не официальные обещания правительств, кои меняются (и те, и те), и не договора и союзные связи [они имеют смысл только, если союзник будет умирать за свои обязательства – и кайзер, и фюрер в своё время весьма просчитались, решив, что Франция и Англия не объявят войны: в первый раз из-за Российской империи, а второй раз – Польши], но явный отказ культуры страны-соседа от милитаризма и идеи имперского реваншизма, по крайней мере, на данном геополитическом векторе.
С этой точки зрения, Китай, к которому примыкают огромные и богатейшие области нынешней Эрэфии, для неё столь же опасен, как и Эрэфия – для Украины, Белоруссии и Закавказья. Если Китай, третий раз в своей истории сойдя с ума – после революционной [созданной победоносным крестьянским восстанием] династии Мин и правления Мао – двинется завоёвывать бывшие имперские пространства, то только на северном направление особого сопротивления ждать не придётся, в то время как в Индокитае, в Корее, в Непале и на Кашмире интервентов будет ждать испепеляющая по ненависти партизанская война, а экспансия в Центральной Азии будет означать увеличение внутри взрывоопасного исламско-сепаратистского элемента.

Именно нежелание перегружать себя инокультурным социумом лучше всего сдерживает империалистические устремления: после захвата огромных пространств Северной Мексики в середине XIX века, Соединённым Штатам оставался лишь один шаг - и они получали длиннющий полуостров Калифорния, удобнейшие стратегические бухты и огромный шельф. Но этот шаг не был сделан, даже когда Мексика разваливалась в огне гражданских войск и, казалось, было не сложно выкроить из соседа приграничное марионеточное государство (как это произошло с Панамой), а потом «свободно присоединить» – как Пуэрто-Рико.

2.     Владеют территориями, являющимися ареалами, которые либо продолжают этническое расселение соседа, либо страна-сосед относит их к этнически-родственному населению.

Например, эльзасцы  - для второго рейха, македоняне – для болгар, украинцы и белорусы – для русских…    

3.     Владеют территориями, имеющими огромное символическое значение для соседа (соседей).

Например, владение частью арабского/исламского мира Израилем – любой конфигурации и величины еврейского государства, даже в ооновских  границах, просто по факту его появления на свет в мае 1948 году, или владение Иорданией, по итогам Палестинской войны-1948-49 годов, сакральными библейскими территориями (Старый город в Иерусалиме, части Иудеи и Самарии) делало Шестидневную войну и последующую реванш-войну Судного дня неизбежными. В ином случае апрельско-июньский конфликт 1967 года был бы куда менее масштабен [уже к вечеру 5 июня, после практически полного уничтожения арабской авиации, всё всем стало ясно] и куда проще, как в 1949 году во время переговоров на Крите, стороны вышли бы на перемирие…  А в результате эпическую арабо-израильскую войну прекратило только распад Ирака и Сирии, аравийско-иранский конфликт и погружение Египта и Аравии в нескончаемую войну с исламистами…

Поэтому для Эрэфии, как второго на земном шаре немусульманского государства, владеющему признанной частью исламского мира, надо всегда трепетать перед угрозой со стороны объединёнными силами ислама. И недопущение объединения мусульман в единую нацию должно стать для Москвы такой же параноической идеей, как недопущение объединения немцев было генеральной политикой Парижа - от кардинала де Ришелье и вплоть даже не до императора Наполеона III, но до президента Миттерана, вместе с баронессой Тэтчер, уговаривающих Горбачёва наложить вето на воссоединение Германии.
Исходя из такого подхода вероятность НАТО-вской оккупирующей агрессии против Эрэфии минимальна – зона геополитического влияния России уже выведена за пределы того, что Запад ассоциирует с Европой, и поэтому лишилась смысла сакральная цель Свободного мира - освобождение «порабощенных народов». В Центральной же Азии геополитическое влияние Эрэфии легко оспаривается не только Китаем, но и, как показали недавние триумфальные визиты Эрдогана, Турцией.

Главный страх Запада – это катастрофическое обрушение Эрэфии, которое приведёт Халифат не только на Кавказ, но и на среднюю Волгу, и обеспечит полную энергетическую и сырьевую независимость Поднебесной.

Но поскольку с точки зрения имперско-реваншистской Москвы, теперь именно Запад получил «российскую символическую территорию» - западный имперский лимитроф (Грузия, Балтия, Украина, Молдова и уже почти наверняка – Беларусь), то действительно сумасшедшее правительство в Москве может попытаться его вернуть.

Тем более что потеря Киева означает для России окончательный провал трех с половиной веков европейского вектора имперской политики, а также, что не менее важно, превращение в фикцию «Русского мира», как наднационального цивилизационного поля. Поэтому даже символическое возвращение его в орбиту Москвы – огромный стимул. Что превращает реваншистско-имперскую Эрэфию в вечного недоброжелателя стабильной прозападной Украины.  И сдерживающим фактором здесь является отнюдь не готовность англосаксов в шестой раз (после Людовика XIV, Наполеона, кайзера, Гитлера и Сталина) бросить вызов претенденту на панъевропейскую гегемонию, но уже показанная Грузией и Украиной готовность биться насмерть. Какие бы не ждали Грузию или Украину в будущем социально-политические штормы, деконструкция российского государства в обозримой перспективе куда вероятней, чем распад национальных государств.

Поэтому для Запада очень важно полупридушить Эрэфию в ходе новой Холодной войны. Достаточно, чтобы у Москвы не было искуса серьезной войны, но недостаточно для бессильного распада страны перед лицом исламской герильи или китайской прокси-экспансией… Впрочем, нынешний предел российской мощи хорошо показали не только перипетии боёв за Дебальцева, Широкино или Марьинку, но и очередная эпическая битва за Алеппо.

Кстати, вот Сирия. Её виктимность была тройной:
а) это был старый советский союзник, не переживший этапа скандального разрыва с Москвой, и поэтому вмешательство в гражданскую войну выглядело как долгожданное возвращение на Арабский Ближний Восток (после разгрома Киссинджером и Картером дипломатии Громыко-Примакова);
б) Сирия считается Христианским Востоком (в смысле православным – Ливан – католический) и экспансия по этому азимуту символически продолжала двухвековую экспансию царей – не Царьград, так Хмеймим;
в)  Асад-мл. - последний несвергнутый арабский потомственный секулярный диктатор, лидер Партии арабского социалистического возрождения, ещё его отец 33 года тому назад топил в крови восставшее Алеппо и лагеря палестинских беженцев в Ливане – ну, как не защитить этакое сокровище?!

По тем же критериям Ирак был виктимен для ударов обоих Бушей:

а) американским христианам-фундаменталистам близка идея защиты Сиона (плацдарм для Второго Пришествия);

б) все американцы среднего и старшего возраста смотрели кино про приключения Али-бабы и Синдбада-морехода, и идея свержения багдадского султана-злодея специально вызванным джином у них не вызвала никакого отторжения, напротив - это и есть хороший конец хорошей сказки. Янки вешали нацистов в Нюрнберге, видели снимки повешенного Муссолини, и в идее повешения Хусейна и его братца – Али-Химика не увидели ничего экстраординарного. Это им странна любовь русских к Сталину, и стремление поставить статую «русскому Ироду» – Ивану-Терриблю.   

Подведём итоги. На сегодняшний день с угрозой своему территориальному суверенитету сталкивается Эрэфия:
а) её восточноазиатская часть чересчур соблазнительна для Китая, а склонность местных и общих политических группировок к продажности и их инстинктивное пресмыкательство перед величием Пекинской державы (даже перед Пхеньянской) избавляет от необходимости излишне брутальных действий – можно просто копировать центральноамериканскую политику Соединённых Штатов эпохи  «Королей и капусты» О.Генри;
б) поскольку на Северном Кавказе и в части Поволжья единственной вызывающей боязнь властей, как правило, деспотических и коррумпированных, является политический исламизм, то инерционное продолжение нынешней политики при резком ослаблении репрессивного потенциала центра сделает эти ареалы зоной влияния мусульманского радикализма, вплоть до замены восточной Сирии и западного Ирака в качестве ядра Халифата.

В Европе российская брутальная экспансия возможна только на белорусском направление – притом, не слишком вероятном сценарии, если в послелукашенковский период один из диадохов, терпя поражение, решит опереться на «русские штыки». Это тут же сделает восточную Беларусь «Донбассом наоборот»: украинские, польские, балтийские волонтёры вместе с белорусским сопротивлением смогут превратить регион в котёл огня и крови. 

Нынешняя Москва это отлично понимает, но ведь и нынешний Пекин понимает, что Сибирь лучше скупать потихоньку, чем ломать на марионеточные квазигосударства.  Но и Китай, и Россия (как ядро Эрэфии) – это имперские цивилизации, имеющие склонность в внезапным взбрыкам.

Поэтому Пекину может показаться, что затянувшийся политический кризис в Москве даёт очевидный шанс, вроде «крымской халявы» в феврале 2014 года, и там «снесёт крышу».  В конце концов, вокруг 15 февраля 2014 года – четвертьвекового юбилея ухода советского контингента из Афганистана - было сказано и написано множество умных и правильных слов о пагубности афганской авантюре, бесславному финалу которой даже приписывали распад СССР.

Предсказаниям о том, что через 10 дней начнется интервенция в Крым, а менее чем через два месяца – криптовойна с Украиной, а через полтора года – вмешательство в гражданскую войну в Сирии, не поверил бы тогда никто. Обильно цитируя в доказательство пацифистские выступления политологов, военных и депутатов, с их рефреном про спятивших на мировой революции герантократов из Политбюро, подставивших под пули душманов «наших мальчиков».


И напоследок.  Хоть через полвека, но «освободительный» украинский поход в Донбасс и Крым неизбежен. Лишь только треснет московская государственность. Точно так же, как московские правители 19 лет терпеливо ждали военной изоляции или катастрофического кризиса в Польше и Румынии.  
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments