?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Next Entry
К РАЗГАДКЕ СТАЛИНСКИХ И ПУТИНСКИХ РЕПРЕССИЙ
e_v_ikhlov







Когда год назад я предлагал общественный трибунал над сталинизмом, то главным я считал не новое перечисление сталинских преступлений, уже довольно подробно освещенных два десятилетия назад, и даже не квазиюридическое признание сталинского террора [социальным] геноцидом (тем более, что это уже сделала куда более авторитетная инстанция — Папа Франциск), но выявление общего преступного умысла организаторов сталинского террора.

Таковым умыслом я (и еще множество куда более достойных и образованных людей) полагаю «социокультурное конструирование» — создание населения с заданными базовыми характеристиками. Ничего загадочного в этих характеристиках нет, они исчерпывающие описываются античным понятием "добродетельный раб" с некоторой технически допустимой примесью "раба лукавого" (лишняя благодарность профессору Игорю Григорьевичу Яковенко, подсказавшего мне эти термины).

С этой точки зрения, и старый добрый «совок», и нынешний «совок возрождённый» — это кал, выделенный тоталитарным монстром, съевшим народ и тщательно прожевавшим пищу. Конечно, есть непереваренные остатки народа — как косточки, зерна и семена, остающиеся в испражнениях, чтобы упрямо произрастать на новом месте.

Остаётся вопрос выбора критерия для истребления. И это вовсе не наличие критического мышления, как сейчас принято считать. Сталинские элиты и субэлиты были насыщены профессионалами с вполне нормальным критическим мышлением — в чём и был залог всех сталинских побед: от промышленного развития (включая «повторную индустриализацию» в виде эвакуации промышленности) и восстановления из праха дважды наголову разбитой армии до самой совершенной системы пропаганды и политической разведки. «Хихикающий конформизм», превращение типажа "раба лукавого" в доминирующий — это наследие брежневщины.


Так вот, главным критерием отбора на истребление или превращение в «лагерную пыль», маргинализации — было наличие личного самоуважения. Личное самоуважение было заменено культом "самой передовой" общности и лидера, самоуважением государства.

В этом отличие сталинизма от нацистов, уничтожавших тех, кто мог обладать иммунитетом к устроенной ими коллективной игре в «вернувшееся рыцарское средневековье», к погружению модернизированного социума в псевдотрадиционализм. Я полагаю, что это может быть универсальным признаком отличия левототалитарного террора от правототалитарного.


Перещёлкивая каналы, застрял на «Спасе». Его общий консерватизм вынуждает противопоставлять досоветское общество советскому — в пользу первого, разумеется. Что вовсе не мешает в других передачах исходить из «сталинского фундаментализма». Такова природа нового русского консерватизма — одновременно хранить верность всем трём взаимно враждебным периодам отечественной истории — «святой Руси», петербургской империи и советчине.

И вот на «Спасе» передача о крестьянах Чугуева, как они приезжали на ярмарку в Харьков. С акварельными портретами характерных типажей. Отмечалось, что они были горды, и у них было высокое самоуважение и самостоятельное мнение по любому вопросу.

И тут пошла цепочка моих рассуждений: ведь самостоятельные, уважающие себя крестьяне-хозяева, особенно получив в 1918 году достаточно земли для содержания семьи, а в 1921 — и право свободно хозяйствовать на ней — это совсем не те, спивающиеся, живущие мелким воровством в колхозе (совхозе) носители пресловутых вымазанных мазутОм ватников, которых накрыла фермеризация и приватизация. Здесь стоит лишний раз напомнить, что один из самых высоких уровней смертности во время Голодомора был именно в сельских районах Харьковщины.


Именно имеющих не просто самостоятельное мнение, но уважающих себя людей косил и отбраковывал сталинизм. Поэтому сгинули в лагерях яростные «пролетарские» литераторы и критики, решившие, что вправе предлагать ЦК повестку дня культурной политики, а «попутчики», нередко дворянского происхождения, все время звавшие партию в арбитры литературных дискуссий, прогибались под потоком сталинских премий. Истреблялись большевики, помнившие, как устроили революцию и выиграли Гражданскую войну, но процветали ими битые царские офицеры, покорно рисовавшие в Генштабе стрелочки будущих походов РККА на Афганистан и Индостан.

Ссылаются народы, вспомнившие во время войны (или, по мнению Сталина, могущие вспомнить) древнюю традицию использования вражды за их землю двух империй.

Почти полностью истребляется группа хозяйственников, осуществивших «вторую индустриализацию» при эвакуации и вообразивших себя экспертами в экономике лучшими, чем Сталин («Ленинградское дело»).


Подняли голову евреи, впервые за 18 веков увидевшие свой военный героизм и своё восстановленное государство — в СССР тотально, на грани этноцида, уничтожается культура на идиш, а еврея стараются превратить в жалкое существо, вечно доказывающему свою лояльность «спасшему его советскому народу» («дело ЕАК», «дело врачей»).

Душатся налогами крестьяне, только что выкормившие воюющую страну — возможность жить от своего участка (а не на колхозные подачки и мелкое воровство) — дают земледельцу то самое, смертельно опасное для системы самоуважение.

Путинизм воспроизвел именно этот вариант репрессивной селекции.

Кто жертвы «Болотного дела» — по сути, те кто был уличен в том, что смело взглянул в глаза разгоняющим. И именно от этого смелого взгляда соскакивали омоновские шлемы и терялись рации…

Это как с НКО-иноагентами. Всего-то: надень юдэ жёлтую повязку. Не надел — несколько несильных ударов кнутиком. Надел — даже дадим пайку. Четверть солдатской, но не сдохнешь.

Никаких газовых камер, что вы! Наоборот, дадим избраться в юденрат по гражданскому обществу и правам человека. А юденрату разрешим хлопотать, чтобы пороли по-прежнему хлыстиком, а не железным прутом, как некоторые предлагают, и чтобы не записывали в юдэ с 1/16, не копались чересчур дотошно в родословных…



  • 1
Спасибо, очень интересный взгляд на эту тему. И кстати такая концепция дает дополнительное объяснение почему кремлевские с такой ненавистью реагировали на украинскую "революцию достоинства".

В ключу в текст

Ой ну какое там конструирование?
Обычная жажда наживы и доминирования.


Чья жажда наживы?

Сталин что присвоил пенсии расстрелянных старых большевиков?

Re: Чья жажда наживы?

Он что только старых большевиков расстрелял?
Он еще расстрелял кучу молодых и не только большевиков.
Ну и потом, зачистку конкурентов и вообще любых рисков отчуждения от корыта, нажива не исключает, даже наоборот.

И вообще мы понимаем здесь всю террористическую шайку большевиков как бенефициаров той наживы. Все эти функционеры нквд замечательно вселялись в квартиры убитых жертв. К большому сожалению усатое мудило расстреляло далеко не всех, как вы говорите - "старых большевиков", изрядное количество выжило и сдохло от старости без покаяния.

Edited at 2016-04-14 03:38 pm (UTC)

Re: Чья жажда наживы?

"Старые большевики" - это 50-летние. Я написал банальность - Сталин (среди прочих) унчитожил большевизм как явление именно потому, что большевики - как победители имели высокую личную самооценку. Функционеры НКВД не были большевиками и не они инициировали террор. Квартиры расстрелянных получили несколько сот челов. Это не основание для расстрела миллиона. На красном терроре наживались не большевики, а большевизм (валюта для Коминтерна) - самые крутые члены ЦК и наркомы только подравнялись под дореволюционных профессоров и адвокатов. Член ЦК, которому звонил проф. Преображенский имел квартиру не лучше. И еще двухэтажную деревянную дачу. И постоянную палату в крымском или батумском санатории.

Re: Чья жажда наживы?

Несколько сот челов?
Страна 2 года жилье не строила, вселялись в дома убитых жертв, а чекситы торговали их имуществом.

Все попытки приделать к этому преступлению в промышленных масштабах идеологию - это просто запудривание мозгов.

Re: Чья жажда наживы?

Никто торговать не мог - всё описывалось и сдавалось в ХОЗУ НКВД. 90% расстрелянных - раскулаченные. В их дома вселялись?

Re: Чья жажда наживы?

Раскулаченные?
Это люди у которых было 2 коровы и лошадь?
Да в их дома.

Что там куда сдавалось не смешите, все дербанилось за милую душу.

Вы чтоли сам коммуняка?
Сразу показалось подозрительным, что не очень то вы само насилие критикуете.

Re: Чья жажда наживы?

Ага. Раскулачили в 1932. Расстреляли по июльскому указу 1937 года. И ведший дело ст. лейтенант юстиции вселяется в трофейную халупу... А в дома "крепких хозяев" (выражение Ленина) в 1932 вселялись активисты. Которых тоже стреляли через 5 лет.



Edited at 2016-04-15 05:26 pm (UTC)

Любая система управления эффективна только тогда, когда она адекватна качествам управляемой рабсилы. Построить систему, способную системно использовать мозги, можно лишь в случае, когда имеющееся количество мозгов больше некоей критической массы. Если критическую массу набрать невозможно, то мозги системой могут использоваться лишь эпизодически, поскольку после решения задачи они неизбежно возомнят о себе такое, что при реализации оного система будет неизбежно разрушена с массовыми жертвами, после чего пересоберется вновь в ничуть не более гуманном виде, поскольку мозгов от потрясений не добавляется. Во избежание этого отработавшие задачу мозги должны тем или иным способом из системы исключаться.
В России, как теперь уже, кажется, ясно, критической массы мозгов никогда не было, нет и теперь уже (а вот это без "кажется", ибо глобализация) не будет, следовательно, никакой другой системы, кроме как простейшей, рассчитанной на дураков и в качестве начальников на первых четырех-пяти уровнях минимум, и в качестве исполнителей, то есть в принципе тоталитарной, быть и не может. Да, по жесткости могут быть отличия, но лишь в довольно узких пределах, выход за них ведет к пересборке, причем результат ее никаких качественных отличий от предыдущего варианта иметь не может. Отсюда и движение по кругу, и культы карго на месте сущностей, и массовая эмиграция именно мозгов при первой же возможности, и запрет на нее со стороны властей как попытка сохранить возможность использования мозгов хотя бы в критические моменты, и все остальные принципиальные прелести русской жизни, - впрочем, одинаковые для всей Центральной Азии, да и, скорее всего, для третьего мира в целом.
А ваши рабы разных подвидов на самом деле обычные дураки, поскольку умный рабом если и бывает, то лишь формально и/или недолго.

Именно умные рабы и делали самые крутые карьеры - при императорах воольноотпущеники-греки сплошь и рядом были канцлерами. И все правящие византийские евнухи - свободных не кастрировали, а юный грамотный (по гречески) евнух, умеющий красиво петь - это на вес золота.

Позволю себе прокомментировать текст.
1.Правильно ли методологически выражение «сталинский террор»? На мой взгляд, правильнее говорить «красный террор» или «коммунистический террор». Ведь террор начал отнюдь НЕ Сталин. Его начали Ленин, Дзержинский и иже с ними. Например, применительно к Крыму, имели место три волны «красного террора». Первая – конец 1917 – начало 1918 года, вторая – 1920, третья – 1937-38 годы. Со Сталиным была связана только третья волна, которая не была самой страшной. Почему? В первой волне террор осуществляли матросы, во второй – сотрудники ЧК, которыми руководили Бела Кун, Мокроусов и Землячка. Террор проводился во внесудебном порядке и по социальному признаку. Был в царской или белой армии, носишь сутану или просто хорошо одет – к стенке. При Сталине же террор был институционализирован. Были суды и их подобия – «тройки». Теоретически человек мог оправдаться. Кроме того, для попадания под сталинский суд были формальные основания (с нашей точки зрения совершенно нелепые) – например, завернул селёдку в газету с портретом Молотова. Просто как священника или хорошо одетого человека расстрелять не могли. Кроме того, сталинские репрессии стали пожирать самих номенклатурных коммунистов, что не могло не радовать их оппонентов. Например, Бела Кун был расстрелян, разумеется, не за участие в терроре, а как «немецкий шпион», но «награда нашла героя». Я уж не говорю о том, что при Ленине и Дзержинском была одна санкция – расстрел. При Сталине человек мог отделаться заключением, ссылкой, увольнением с работы, для коммунистов – исключение из партии.
2.Реальная задача коммунистических репрессий была гораздо скромнее – «принуждение к лояльности». Возможно, на ранних этапах коммунизма отдельные коммунисты и их «попутчики» (Бухарин, Горький и т. п.) и верили в «переделку человека», но эта вера быстро улетучилась. Сталин уж точно не верил. Мы сейчас знаем, что переделать человека невозможно. Есть базовые антропологические константы. Они хорошо изучены психологической антропологией (те же Боас, Рут Бенедикт, Маргарет Мид и иже с ними). Их изменить нельзя. Сверху надстраивается социокультурный код этноса. Его тоже изменить нельзя. Проще говоря, албанец всегда останется албанцем, серб – сербом, болгарин – болгарином и т. п. Однако можно имитировать отказ от базовых ценностей этноса из прагматических соображений. Например, сербам показали «пряник» ЕС, и они сдали военных преступников, извинились перед боснийцами за дебош в Сребренице и т. п. Однако в глубине души они всё равно уверены, что Караджич «heroj, a ne zločinac», но никогда не скажут этого вслух при не сербах.
(продолжение следует)


Извините, насчет этоносов - все совершенно не так! "Базовые ценности этноса" существуют только в закрытом традиционном обществе (да и то всегда находится какой-то процент, плевавший на эти ценности), но в современном пестром обществе такое невозможно.

Насчет социального конструирования. Да, взрослого человека переделать невозможно, но его можно принудить соблюдать видимость соответствия определенных критериям, а подрастающее поколение будет принимать эту видимость за чистую монету и с детства усваивать эти критерии. Мы видели это все при СССР, теперь видим в левых европейских странах.

(продолжение)
То, что советская лояльность была такой же, показали два события. Первое. Лето 1941 года. Его события хорошо описаны в работах Марка Солонина. Как только карательные органы в лице госбезопасности, милиции, суда и прокуратуры бежали, армия тут же разбрелась по хаткам вдов и солдаток, председатели горисполкомов стали вручать немцам хлеб-соль и т. п. То же случилось и в 1991 года. Поняв, что наказания не будет, главы республиканских компартий перекрасились в независимых президентов, а рядовые граждане бросили опостылевшие заводы и стали создавать разные СП, ЧП, МП, а кто попроще – пошёл в челноки.
3.Власть Сталина не ставила задачи «истреблять» население. Это просто было нецелесообразно. Это сейчас есть миллионы безработных, и их желательно утилизировать где-то в Сирии. Тогда же была нехватка рабочих рук, а за труд платили копейки. Поэтому большинство людей, попавшихся на нелояльности никак не «истреблялось». Их просто запугивали, чтобы они вели себя смирно. Собственно, в этом и смысл слова «террор» (буквально – «страх»). Террор – единичные акты насилия, направленные на запугивание большинства противников. Я могу проиллюстрировать это историей своей семьи. Ряд её членов в 1937-38 годах попадал в лапы «синих фуражек». Но никто из них «истреблён» не был. То есть никого не расстреляли и не убили бутылкой в задницу. Их просто месяцами держали в тюрьме, нудно допрашивали (но без рукоприкладства). В конце концов, все оказались на свободе, но старались после этого при посторонних о политике не говорить (все они попали в руки «органов» за высказывания против «партии и правительства», сделанные публично).
4.Нельзя называть людей, избегающих конфликта с властью, «рабами». Приведу пример. Вы идёте по улице. На тротуаре стоит полупьяный милиционер (или, как сейчас говорят, «полицейский») и, поигрывая дубинкой, говорит: «Э, уважаемый, тут проход закрыт, обходите дворами!». Так вот, уверяю, не более 4 процентов (это и есть социологически вычисленный процент потенциальных революционеров и бунтовщиков) станет выяснять, на каком основании закрыт проход, просить показать постановление. А уж булыжником милиционера прибьют и пойдёт дальше всего доли процента. А 96 процентов скажет: «Понял, командир!» и обойдут. Просто у них в ранжире ценностей политическая и социальная борьба не стоит на первом месте. Кто-то спешит на деловую встречу, кто-то – на лекцию, кто-то – на свидание и т. п. И тратить время и силы на выяснение того, прав милиционер или нет, им нецелесообразно.

А я не понимаю, как человек может одновременно иметь критическое мышление и исповедовать культ "самой передовой общности" и ее вождя. По-моему, это принципиально невозвожно!

Еще я не понимаю, почему автор (вслед за многими другими) относит национал-социалистов к правым. С каких это пор социализм, пусть даже с национальным уклоном - правое течение?

  • 1